Книга Тень и пламя, страница 22 – Рина Рофи

— Я просто хотела узнать, куда это ты пробираешься, — ответила я, поднимая подбородок. — Планируешь что-то противозаконное?

— Возможно, — он наклонился чуть ближе, и его дыхание снова обожгломою кожу. — А ты что, переживаешь? Или... ревнуешь?

Я заставила себя рассмеяться, но звук вышел неестественным.

— Мечтай. Мне просто нужно знать, где находится главная угроза моей безопасности.

— Главная угроза твоей безопасности, — он медленно провел пальцем по моему запястью, и по коже побежали мурашки, — это ты сама, потому что ты идешь на поводу у своего любопытства, а любопытство, как известно, губит не только кошек, но и белых волчиц.

Его слова задели за живое. Он был прав. Я сама полезла в эту ловушку.

— Что тебе нужно, Рей? — спросила я, сбрасывая с себя его прикосновение. — Чего ты добиваешься всей этой... игрой?

Он отступил на шаг, и его ухмылка сменилась странной улыбкой.

— Я уже сказал. Хочу понять, что скрывается за льдом. А для этого лед нужно растопить. Любыми способами.

Он приблизился так близко, что его губы почти касались моей шеи, и я почувствовала, как по коже побежали мурашки. Затем он медленно выдохнул — теплая струя воздуха обожгла чувствительную кожу у самого уха.

— Для начала можно и так вот, — прошептал он, и его низкий, бархатный голос, казалось, вибрировал у меня в костях.

Это было не грубо. Не похабно. Это было... интимно. Невыносимо интимно. И чертовски эффективно. Все мое тело взорвалось противоречивыми сигналами: леденящий ужас смешивался с пьянящим возбуждением, а ярость — с предательским трепетом.

Я отшатнулась, прижимаясь к стене, пытаясь отдышаться.

— Не смей... — мой голос дрогнул, выдавая все мое смятение.

Он отступил на шаг, и в его зеленых глазах плясали чертики, но теперь в них читалось не только торжество, но и какое-то странное понимание.

— Боишься, что тебе понравится, ледышка?

Я не ответила. Я не могла. Я просто смотрела на него, чувствуя, как горит шея, куда он только что дышал. Рэй схватил мою руку и с силой прижал ее к своей груди. Вторую он зафиксировал у меня над головой, вжимая меня в стену еще сильнее. Я почувствовала под ладонью бешеный стук его сердца, ритм которого совпадал с моим собственным. Его тело было твердым и горячим, как раскаленный металл.

— Отпусти, — прошипела я, пытаясь вырваться, но его хватка была железной.

— Ты сама пришла, — его голос был низким и густым, без тени насмешки. — Ты хотела знать, чего я добиваюсь. Вот мой ответ.

И тогда онначал медленно вести мою руку, все еще прижатую к его груди, вниз. Ладонь скользила по рельефу мышц, ощущая каждое напряжение, каждый жесткий изгиб его тела. Это было не просто прикосновение. Это было насильственное знакомство с его физической сутью, с той силой, которую он так легко демонстрировал.

— Чувствуешь? — его дыхание снова обожгло мое ухо. — Это не игра, Лиля. Это то, что ты отрицаешь. И то, что я не позволю тебе забыть.

Он довел мою руку до пояса и остановился, его пальцы все еще сжимали мое запястье, не давая отдернуть ладонь. Я чувствовала жар его кожи сквозь тонкую ткань рубашки, напряженные мышцы живота. Стыд, ярость и что-то темное и запретное, боролись во мне.

Я зажмурилась, пытаясь отключиться, но образ его торса, который он прислал, вспыхнул перед глазами, теперь оживший под моими пальцами.