Книга Оборванная связь, страница 69 – Рина Рофи

Следующая ниточка вела в Архив Некромантии, доступ в который был запечатан личной печатью отца. Я не мог войти туда силой — не сейчас, но я нашёл журнал посещений. За неделю до рокового дня туда трижды входил и выходил некто под обозначением «Гость А.». Без имени. Но время посещений совпадало с часами, когда отец обычно проводил закрытые аудиенции в своих покоях.

Я складывал пазл. Дорогой саркофаг для хранения иллюзии. Увод верного офицера. Визиты таинственного гостя в архив некромантии. Вырезанные страницы из журнала порталов.

Картина вырисовывалась, но не хватало главного: мотива. Зачем отцу такая сложная, многоходовая афера? Чтобы сломить меня? Возможно, но он мог найти способы проще. Чтобы избавиться от Марии? Тогда зачем сохранять её жизнь и прятать?

И тут я вспомнил. Вспомнил тот период, прямо перед… перед потерей ребёнка и всем, что последовало. Отец стал активно налаживать связи с одним из самых древних и изолированных кланов Преисподней — Домом Молчаливых Скрижалей. Они были хранителями чего-то, что делало их нейтральными, но невероятно влиятельными. Переговоры шли трудно. А потом… потом случилась наша трагедия. И переговоры как-то сами собой сошли на нет. Я тогда не думал об этом, поглощённый горем.

Теперь эта мысль вонзилась в мозг, как отравленный шип. А что, если я и Мария были не целью, а разменной монетой? Что, если наш союз, наша потенциальная мощь (князь Ада и Ходячая), а затем наша катастрофа, были частью какой-то более крупной сделки отца? С Молчаливыми Скрижалями? Или с кем-то ещё?

От этой мысли стало физически холодно. Мы с ней, наша любовь, наша потеря — всё это могло быть просто инструментомв его бесконечной, ледяной игре за ещё большую власть.

Я сгрёб найденные свитки в прочный, маскировочный мешок. Этого было мало для обвинения, но достаточно, чтобы продолжить копать в правильном направлении и чтобы понять: моя ярость должна быть направлена не только на месть. Надо было разгадать саму игру. Понять, какую цель преследовал отец. Потому что, возможно, эта цель всё ещёбыла актуальна. И Мария, живая и скрывающаяся, могла снова оказаться в центре его планов.

Я потушил светильник и бесшумно покинул архив, растворяясь в тенях коридоров. В голове уже строился новый план. Нужно было найти Таэля, живого или мёртвого. И выяснить, кто такой «Гость А.». А для этого придётся спуститься в самые тёмные, самые опасные трущобы информационного рынка Ада. Туда, куда наследник Князя никогда не должен был соваться. Но наследника Князя уже не было. Был я. И у меня была причина, ради которой я готов был запачкать руки самой чёрной грязью Преисподней.

Воздух в моих покоях был пронизан тишиной, но теперь это была тишина концентрации, а не пустоты. На столе передо мной лежали три свитка: счёт от Мордиуса, приказ об отводе Таэля, копия страницы из журнала посещений Архива Некромантии. Они были разложены как карты на столе стратега, указывая на контуры чудовищной лжи.

Внезапно пространство в углу комнаты исказилось, и из густого марева шагнул Волот. Он был без своего плаща, в простой походной одежде, лицо его было серьёзным, а в глазах горело не привычное дерзкое пламя, а что-то более тёмное, озабоченное.

— Ты вызвал, — сказал он просто, не здороваясь. Он знал, что церемонии сейчас ни к чему.