Книга Прятки с Драконом, страница 122 – Рина Рофи

Дверь щёлкнула и я прислонилась к ней спиной, медленно сползая на пол. Всё тело дрожало от перенапряжения и невыплаканных слёз. Здесь, в четырёх знакомых стенах, пахнущих пылью и моими духами, не было ни его всепоглощающего присутствия, ни Старейшин, ни чёрной воды, сулящей забвение.Была только я. Разбитая, уставшая, с двумя хвостами, которые казались сейчас не даром, а бременем. И тишина. Та самая, которую я так отчаянно искала, но которая теперь давила своей пустотой.

В комнате не было Наташи. Тишина была абсолютной, нарушаемой лишь прерывистым стуком моего сердца. Стены, знакомый беспорядок на столе, моя неубранная кровать — всё это было своим, безопасным, далёким от него. И тогда я позволила себе. Слёзы хлынули с новой силой, тихие, безнадёжные. Это не были рыдания отчаяния, как у озера. Это было медленное, горькое истекание всей боли, что копилась всё это время. Ревность, унижение, страх перед Старейшинами, ужас от собственной слабости, ярость на его неумолимость и... предательская надежда, что он был прав. Что связь между нами — не ошибка. Я плакала обо всём сразу. О его улыбке, обращённой к сестре. О его глазах, полных боли от моего недоверия. О его лапах, что вырвали меня из ледяной воды. О его тихом «я последую», которое звучало не как угроза, а как обещание.

Я выплакивала всё, что сдерживала, пытаясь быть сильной, строптивой, независимой. А здесь, в одиночестве, мне не нужно было притворяться. Можно было просто быть разбитой. Сломленной. И, возможно, начинающей по крупицам собирать себя заново. С этим новым хвостом. С этой старой болью. И с тем выбором, который мне всё равно предстояло сделать.

Где-то вдалеке, за стенами общежития, с глухим, разрывающим тишину хлопком разверзлось пространство. Звук был знакомым до боли, до содрогания в душе. Я услышала. Замерла, вслушиваясь в звенящую тишину, последовавшую за ним.

Я знала. Это был он.

Он сдержал слово. Не стал врываться, не стал ломать дверь. Он просто... появился. Где-то рядом. Давая мне знать. Напоминая. Я медленно поднялась с пола, вытерла лицо рукавом, смахивая следы слёз. Они уже не лились. Осталась лишь лёгкая дрожь в коленях и странное, холодное спокойствие.

Он пришёл. Не чтобы требовать. Не чтобы забирать. Чтобы ждать. Как и обещал у озера. И теперь мне снова предстояло выбирать: выйти к нему или запереться здесь, зная, что он будет стоять снаружи. День. Ночь. Столько, сколько потребуется.

Я подошла к окну и чуть отодвинула занавеску. Внизу, в сумерках двора, стояла его высокая, прямая фигура. Он не смотрел на моё окно. Просто стоял, скрестив руки, будтовкопанный. Страж. Дракон. Моя судьба.

И впервые за весь этот долгий, мучительный день во мне не было протеста. Был лишь усталый, безмолвный вопрос: «Что дальше?»

Приближался очередной Семейный день в Академии. Повсюду царила лёгкая суета, студенты обсуждали, кто из родных приедет. Я слушала эти разговоры краем уха, пропуская их через себя, словно сквозь вату.

Прибудут ли мои родители? Я не знала. Не звонила, не писала. Что я могла им сказать? «Привет, у меня теперь два хвоста, а моя судьба — дракон, которого я послала куда подальше»?

Уже две недели я жила вместе с Наташей в нашей спальне. Она старалась не лезть с расспросами, видя моё состояние, но её молчаливая поддержка была единственным, что согревало. Я ходила на пары, делала вид, что всё в порядке. Ела, когда она буквально силой заставляла меня. Спала урывками, просыпаясь от воспоминаний о чёрной воде и его глазах.