Книга Прятки с Драконом, страница 52 – Рина Рофи

— Я... я, может, не хочу... — выдохнула я, не в силах смотреть на него, уставившись в тёмное окно.

Машина продолжала бесшумно двигаться. Он не ответил сразу. Я чувствовала, как его взгляд тяжелеет на мне, изучая мой профиль, мои сжатые плечи, мои пальцы, бессознательно вцепившиеся в мягкую кожу сиденья.

Затем он тихо, почти задумчиво, произнёс:

— Может.

Это слово прозвучало так неожиданно, что я невольно повернула к нему голову. На его лице не было ни гнева, ни разочарования. Была всё та же спокойная, аналитическая ясность.

— Ты всегда можешь сказать «нет», Диана, — продолжил он, его голос был ровным, без намёка на давление. — Этот автомобиль не запирается на замок. Дверь Академии откроется перед тобой. Ты не пленник.

Он посмотрел на дорогу,а затем снова на меня.

— Но, — и в этом «но» не было угрозы, лишь холодная констатация факта, — если ты скажешь «нет», это будет означать конец. Конец исследованиям. Конец нашим... занятиям. Конец всему этому.

Его пальцы постучали по рулю.

— Я дракон. Я не трачу время на тех, кто не хочет моего внимания. Ты станешь для меня просто ещё одной студенткой. Одна из сотен. И я перестану тебя видеть.

Он говорил правду. Жестокую, безразличную правду его природы. Я могла отказаться. Я имела на это полное право. Но цена этого отказа была... невыносимой. После всего, что было, после того, как он заставил меня почувствовать себя живой, уникальной, заметной... снова стать серой мышкой, просто фамилией в списке?

Я сглотнула, чувствуя, как в груди завязывается тугой, болезненный узел. Страх перед ним боролся со страхом потерять его интерес. И самый ужас был в том, что второй страх был сильнее.

— Я... — мой голос снова предательски дрогнул. — Я не сказала, что не хочу. Я сказала... «может».

На его губах появилась та самая, медленная, понимающая улыбка.

— Значит, исследование продолжается.

Я сделала глубокий вдох, собирая в кулак всю свою растерянную волю. Мне нужно было пространство. Мне нужно было подумать без этого давящего, испепеляющего присутствия.

— Я... подумаю, что ответить, — проговорила я, стараясь, чтобы мой голос звучал твёрже, чем я себя чувствовала.

Он посмотрел на меня, и его бровь медленно поползла вверх. В его золотистых глазах не было гнева, лишь знакомое, хищное любопытство, смешанное с лёгкой насмешкой.

— Снова пытаешься убежать? — мягко спросил он, и в его тоне слышалось не столько осуждение, сколько понимание. — В слова на этот раз? Прячась за необходимость «подумать»?

Он видел меня насквозь. Он читал каждую мою попытку выиграть время, каждую слабину, каждую уловку.

— Это не бегство, — попыталась я парировать, но мой голос снова выдал меня, прозвучав слабее, чем я хотела. — Это... благоразумие.

Он тихо рассмеялся, коротко и беззвучно.

— Благоразумие. Милое качество. Для кого-то другого. — Он снова посмотрел на дорогу. — Хорошо. Думай. У тебя есть время до завтрашней тренировки. Но знай, загадка, — его взгляд снова скользнул по мне, острый и предупреждающий, — что бы ты ни решила, это будет окончательный ответ.Игра в нерешительность меня утомляет. Поняла?

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Давление в салоне снова стало почти физическим. Он дал мне отсрочку, но чётко обозначил её границы. До завтрашней тренировки. Всего несколько часов, чтобы решить, хочу ли я продолжить эту опасную игру с драконом или предпочитаю навсегда исчезнуть из его поля зрения. И оба варианта пугали до потери пульса.