Книга Прятки с Драконом, страница 50 – Рина Рофи

Андор медленно перевёл взгляд с моей смущённой фигуры на Германа. Его губы тронула та же хитрая, насмешливая ухмылка.

— А сам-то, Герман, — протянул он, его голос прозвучал лениво, но с отчётливым подтекстом. — Судя по... свежим следам на твоей собственной шее, вы с Натальей весьма бурно... потанцевали.

Все взгляды переключились на Германа. Действительно, из-под ворота его рубашки виднелись несколько тонких, красных царапин — явный след вампирских коготков. И на его шее красовалось парочка таких же тёмных, как у Натальи, но менее заметных следов.

Герман не смутился ни капли. Напротив, он самодовольно усмехнулся и обнял Наталью ещё крепче.

— А что? Танец был страстный, — парировал он, подмигивая Наталье, которая хихикнула в ответ. — Некоторые предпочитают вести партнёра, а некоторые... предпочитают оставлять следы. У каждого свой стиль.

— О да, — тут же поддержала его Наталья, с наслаждением проводя языком по своим слегка опухшим губам. — А некоторые... — она бросиламногозначительный взгляд на мою шею, —...предпочитают... дегустировать. Кажется, у вас, драконы, это в крови.

Андор фыркнул, но в его глазах читалось одобрение.

— В крови у нас много чего, милая вампирша.

Герман поднялся с дивана, легко поднимая с своих коленей и Наталью. Та вся светилась от предвкушения, её глаза блестели азартом.

— Ну, а мы тут с Натальей пойдём, прогуляемся, — объявил Герман с самой невинной улыбкой, которая, однако, не обманула никого. — Нам надо... эм... обсудить дальнейшие исследования.

Наталья захихикала, прижимаясь к нему.

— О-о-ой, да! — прощебетала она. — Очень глубоко изучить тему!

И они удалились, слившись с толпой и явно направляясь куда-то, где можно было это «глубокое изучение» провести без лишних свидетелей. Андор проводил их взглядом и хмыкнул, снова откинувшись на спинку дивана. Его рука, лежавшая на моей талии, слегка поглаживала её через ткань платья.

— А твоя подруга... времени зря не теряет, — произнёс он с лёгкой усмешкой. В его голосе не было осуждения, скорее — уважительное понимание.

Я молча кивнула, всё ещё пытаясь прийти в себя после всего, что произошло. Мы остались одни. Вернее, мы остались в самом центре шумного клуба, но в нашем углу снова повисла та самая, звенящая тишина, полная невысказанных слов.

Он повернулся ко мне, и его взгляд снова стал тяжёлым, изучающим.

— Ну что ж... — тихо начал он, его палец провёл по линии моей челюсти. — Похоже, нам тоже пора подумать о... более подходящем месте для продолжения наших исследований. Что скажешь, загадка?

Я сглотнула, чувствуя, как под его пристальным взглядом снова пересыхает в горле. Его вопрос был прямым, как удар кинжалом, и таким же опасным.

Он увидел моё напряжение, мою неуверенность, и его выражение смягчилось на один градус. Не стало мягче, но в нём появилась тень... понимания? Нет, скорее, терпеливого снисхождения охотника к своей ещё пугливой добыче.

— Да не пугайся ты так, — произнёс он, и его голос потерял свою хищную остроту, став почти... успокаивающим. Его большой палец медленно провёл по моей щеке. — Тебе же понравилось. Разве нет?

Это был не вопрос. Это была констатация факта, произнесённая с такой непоколебимой уверенностью, что у меня не осталось сил спорить. Потому что он был прав. Как ни ужасно, как нистыдно это было признавать, та вспышка, что он высек из моего тела, была самым интенсивным, самым всепоглощающим ощущением в моей жизни. Я не смогла солгать. Я не смогла даже кивнуть. Я просто опустила глаза, чувствуя, как по щекам снова разливается предательский румянец. Но мое молчание было красноречивее любых слов.