Книга Прятки с Драконом, страница 47 – Рина Рофи

Вырез моего платья был достаточно большим и свободным. Он не стал бороться с тканью. Одним плавным, уверенным движением он просто просунул руку под шелковистый материал.

— А-а-ах... — резкий, сдавленный стон вырвался у меня, когда его обжигающе горячая ладонь легла прямо на мою обнажённую грудь.

Прикосновение было шокирующим. Прямым. Интимным. Кожа к коже. Его пальцы были твёрдыми и тёплыми, они с лёгким давлением обхватили меня, а большой палец медленно, почти лениво провёл по напряжённому чувствительному соску.

Вся моя вселенная сузилась до этого ощущения. До жара его руки под платьем, до влажного плена его поцелуя, до оглушительного гула в ушах. Я зажмурилась, инстинктивно впиваясь пальцами в его плечи, не в силах ни оттолкнуть его, ни ответить. Я просто чувствовала. И позволяла ему чувствовать.

Он оторвался от моих губ, его дыхание было тяжёлым и горячим у моего уха.

— Вот видишь... — прошептал он хрипло, его палец продолжал свои медленные, сводящие с ума круги. — Никаких «но». Только... реакция.

Его губы начали медленное, методичное путешествие вниз. Они скользнули по линии моей челюсти, оставляя за собой след огня, затем опустились на шею, к тому самому месту, где он «пробовал» меня ранее. Я закинула голову назад, не в силах сдержать тихий стон, когда его зубы слегка задели чувствительную кожу. Затем его поцелуи поползли ниже, к ключице, где он на мгновение задержался, прежде чем двинуться дальше — к тому месту, где его рука уже хозяйничала под тканью платья.

Он не убирал руку. Наоборот. Пока его губы опускались, его пальцы под платьем стали двигаться более настойчиво. Большой палец с лёгким трением проходил по кончику соска, заставляя его затвердеть, а ладонь сжимала мягкую плоть с таким властным собственичеством, что у меня перехватило дыхание. Моё тело предательски трепетало, отвечая на каждое его прикосновение волной жара и слабости. Я пыталась найти хоть каплю сопротивления, хоть тень прежнего страха, но находила лишь нарастающую сладость. Его имя сорвалось с моих губ в виде сдавленного, беспомощного шёпота, больше похожего на мольбу, чем на протест.

Он услышал это. Его губы, уже оказавшиеся чуть выше линии платья, изогнулись в улыбке

— Молчи, — снова прошепталон, но на этот раз в его голосе была не только власть, но и странная, почти нежная торжественность. — Просто чувствуй.

И я чувствовала. Каждое прикосновение его губ, каждое движение его пальцев, каждый вздох, который вибрировал в моей груди. Он стирал меня, слой за слоем, оставляя лишь животную реакцию.

Его слова, низкие и хриплые, обжигали моё сознание сильнее, чем его прикосновения.

— Ты вкусная, Диана... Безумно вкусная. Как персик. Сочная...

Его рука, до этого игравшая с моей грудью, скользнула вниз, по животу, и остановилась там, где ткань моих трусиков плотно облегала тело. Его ладонь легла на лобок, и я вся затрепетала, чувствуя, как под его прикосновением всё внутри сжимается и плавится одновременно.

— О-о-о... — прошептал он с одобрительным интересом, слегка надавив. — И влажная... Интересно, здесь ты такая же вкусная?

Я уже ничего не соображала. Мир плыл, лицо горело огнем от стыда, от его наглых и уверенных движений, от этого унизительного и возбуждающего «исследования». Я была полностью в его власти, и он это знал.