Книга Замужем (не)пропасть или новая хозяйка для старого дома, страница 74 – Айви Роут

Проснувшись на рассвете, я сразу почувствовала, что что-то не так. Сначала пыталась просто разлепить веки, надеясь, что тяжесть в теле — лишь остаток усталости после вчерашнего. Но стоило мне пошевелиться, как волна боли пронеслась от висков к затылку, а в горле тут же запершило. Я бессильно откинулась обратно на подушку, закрыв глаза, с неохотой осознавая: вот и пришло долгожданное утро Осеннего Равноденствия, а я лежу, едва в силах вдохнуть.

Спустя несколько минут мне удалось дотянуться до колокольчика на прикроватной тумбочке. Я позвонила, и спустя мгновение в дверях появилась Шани — её глаза округлились, как только она увидела меня.

— Госпожа… как вы себя чувствуете? — её взгляд был полон беспокойства, и я поняла, что выгляжу, вероятно, ещё хуже, чем чувствую себя.

— Кажется, я заболела, — прошептала я, и тут же пожалела об этом: слова обожгли горло.

— Никаких гостей, пока вы не сможете встать на ноги, — её голос прозвучал решительно, и я, тяжело выдохнув, вновь рухнула на кровать.

Шани тут же подскочила ко мне, одним движением выхватила платок из рукава и приложила мне ко лбу. Она осторожно потрогала моё запястье, словно пытаясь почувствовать пульс, но я понимала, что её народные методы сейчас могут быть совершенно бесполезны. С другой стороны, кто ещё мог бы мне помочь в поместье?

— Ах, беда-то какая… — прошептала она. — Гости, да граф, будут в порядке, госпожа. А вам нужно отдохнуть.

Отдохнуть? Когда весь дом полон слуг, бегающих туда-сюда, принося столы и украшения? Когда в соседних комнатах раскладывают подарки и провизию? И гостей не будет встречать хозяйка? Я попыталась протестовать, но вместо этого разразилась приступом кашля.

— Шани, пожалуйста, сделай что-нибудь, — попросила я, чувствуя, как голос слабеет с каждым словом.

Шани, казалось, будто только и ждала этих слов. Она поспешно удалилась, вернувшись спустя несколько минут с целой корзиной, полной всяческих трав и мазей.

— Вот, — сказала она, устанавливая её на прикроватный столик. — Зелье на травах, мазь для висков, компресс для горла… Моя бабка всегда говорила, что это лечит лучше всякой аптекарской выдумки.

Она с энтузиазмом взялась за дело, нанося густую зелёную смесь на мои виски, обматывая шею чем-то похожим на лоскутныйкомпресс. Запах был настолько терпким, что у меня на миг закружилась голова. Я старалась не шевелиться, чтобы не выдать себя, но чем больше мазей и настоек мне наносила Шани, тем отчётливее я понимала: это едва ли поможет.

— Шани, благодарю тебя, — прошептала я, пытаясь улыбнуться сквозь головную боль. — Но, боюсь, это… это не слишком действует.

Шани нахмурилась, но тут же решительно кивнула и отправилась за ещё чем-то. Я чувствовала себя беспомощной, лежа в кровати и зная, что без меня никто не откроет дверь Ричарду, не встретит гостей и не проведёт приём, к которому я готовилась едва ли не целый месяц.

Кажется, я выключилась на какое-то время, потому что когда снова открыла глаза, в нос мне ударил горький и терпкий запах чего-то. В руке у меня оказалась чашка с густым и липким отваром.

— Пейте, — скомандовала моя боевая экономка.

Я покорно выпила содержимое, хотя аромат оставлял желать лучшего. Подумав, что она закончила, я уже собиралась поблагодарить её, но Шани принесла ещё какую-то мазь, смешанную с другим снадобьем, которое, по её словам, должно было прогнать лихорадку.