Книга Пришелец и красавица, страница 37 – Харпер Смит

Она стояла на берегу, чуть выше линии прилива, готовая к спуску на воду. Ключ к моей мечте. К острову-плавнику, таящемуся в дымке на горизонте.

— Готово, — сказала я, и в голосе прозвучала редкая для меня нота удовлетворения.

Арак, стоявший рядом со скрещенными на могучей груди руками, мрачно фыркнул:

— Теперь ты собралась на этой щепке бороздить океан, полный зубастых тварей?

— Ни одно путешествие не обходится без риска. Я знаю на что иду. — парировала я, но без обычной колкости.

— Я ни за что не отпущу тебя одну. Я плыву с тобой, — заявил он, делая шаг ко мне. Его глаза горели упрямством.

— И я! — тут же выпалил Лумис, откладывая топор. Его молодое лицо было серьезным. — Я тоже с вами.

Арак обернулся к нему, и его хвост резко дернулся.

— Зачем?

Лумис сжал кулаки, но его голос дрогнул не от злости, а от отчаяния.

— Я не могу… — он сглотнул. — Я не выдержу ни дня больше в поселке. Видеть их вмест каждый день пытка. Если вы не возьмете меня с собой, я просто уйду в джунгли.

В его словах была такая голая, юношеская боль, что у меня на миг сжалось сердце. Арак нахмурился, изучая его. Злость в его глазах поутихла, сменившись пониманием. Он сам знал, что такое безнадежное желание.

— Хорошо, — сказала я четко, глядя то на одного, то на другого. — Но запомните на этой лодке капитан я, мои решения — закон. Если мы плывем, то как команда. Без дурацких споров о том, кто чей. — Я уставилась на Арака. — Если ты не согласен подчиняться, можешь остаться на берегу.

Арак замер. Его челюсть напряглась. Он ненавидел, когда ему указывали. Но он ненавидел еще сильнее мысль, что я уплыву без него. Он тяжело вздохнул, и это был звук капитуляции.

— Кптан? Это как вождь?

— Да. Ка-пи-тан.

— Вождь женщина? — удивился Лумис, но под моим взглядом стушевался и замолчал.

— Хорошо, если ты хочешь командовать, так и быть, — вздохнул Арак. — Вьешь веревки их меня женщина…. Но если там будет опасность…

— Тогда мы справимся с нейвместе, — перебила я его. — Как команда. Лу согласен?

Лумис кивнул, и в его глазах впервые за недели появилась искорка — не надежды на любовь, а азарта перед приключением.

— Понял, каптан.

Я улыбнулась мальчишки и потрепала его по голове, Арак тут же нахмурился и я проделала с ним тоже самое, чувствуя при этом невероятно удовлетворение…

Им приказала держать себя в руках, а сама…. Мы просто друзья.

Я взглянула на остров, затем на готовую лодку, а потом — на двух моих мужчин… то есть матросов. Ветер трепал волосы, пахло океаном и возможностями.

— Завтра на рассвете, — объявила я. — Готовим снаряжение и припасы. Отдыхайте. Завтра начинается настоящее путешествие.

Арак что-то пробормотал себе под нос про «дерзкую землянку», но в его взгляде, когда он смотрел на меня, было уже не одно лишь упрямство. Было уважение. И предвкушение. Лумис же просто смотрел на лодку с новым, живым интересом.

И я чувствовала это — легкий, пьянящий трепет власти и свободы. Я была капитаном. А они — моей командой. И впереди нас ждал целый мир, полный тайн. Готовый к завоеванию.

РИ'АКС.

Надеюсь, я не совершил ошибку, взяв с собой Кару? Но оставить ее, даже под защитой племени казалось неправильным. Расстаться с ней дольше, чем на день было бы невыносимо. И она ведь сама предложила…

— Ой! — Кара взмахнула руками, споткнувшись о корень и едва не полетела вперед, я подхватил ее под локоть. — Прости, я такая неловкая…

Ее прелестные щечки залил яркий румянец. Она тяжело дышала, запыхавшись после долгих часов ходьбы. Ее большая грудь вздымалась, натягивая ткань кофты и заставляя меня забыть зачем мы вообще здесь…

— Хочешь передохнуть? Ты, наверное, устала.

Мне пришлось откашляться, потому что в горле пересохло от одного вида ее блестящих глаз и пухлых розовых губ. Я с трудом отвел от нее взгляд.

— Все в порядке, я не хочу быть обузой.

Голос Кары был тихим и печальным. Я не знал, как объяснить ее, что она никогда не будет обузой для меня. Мое маленькое розовощекое счастье.

Я взял ее за руку и она вздрогнула.

— Так будет проще идти.

Она кивнула и прикусила губы…

Надеюсь, я не веду нас обоих к гибели. Обидно будет умереть не попробовав на вкус ее молочную кожу, не увидев, как ее живот округляется нашим детенышем….