Книга Психолог для дракона, страница 42 – Юлианна Винсент

— Словно это была не она! — повторил я вслух, зацепившись за эту мысль.

Ответом мне был утвердительный рык дракона.

— Да, нет! — отмел я от себя дурацкую мысль и взял со стола отчёт о прохождении боевой практики одного из пятикурсников. — Совсем уже голова не соображает.

Я постарался сосредоточиться на отчёте, но мысли всё время убегали к тому, что после истории с Истероидным Копьем Франческа стала вести себя странно, словно была не похожа на саму себя.

Поначалу, я списывал изменения в ее поведении на откат от использования Копья. Но чем больше я наблюдал за ней, тем больше приходил к выводу, что только откатом тут дело не обошлось.

И теперь эта мысль, что, возможно, это была и не Франческа вовсе, как будто бы всё объясняла, кроме одного:

— Как это, дрыш ее раздери, могло произойти? — выругался я вслух, кидая отчёт обратно на стол и вставая с кресла.

История нашего мира знала только один такой случай, и я до концане был уверен в его достоверности. Я подошёл к потайной двери и открыл ее. На этот раз я точно знал, какая книга мне нужна:

"Подлинная история Кровавого Восстания"

Это были мемуары моего деда, Азериса Харташа, который был заместителем главнокомандующего драконов адмирала Вельдана Блэкторна, а после Восстания и гибели адмирала, занял его пост.

Взяв книгу, я налил себе кофе, вернулся в кресло, открыл ее и стал листать до нужной мне части:

— Вот оно, — найдя нужный отрывок, я зачитал вслух, — чтобы спасти свое дитя, которое носила под сердцем, Верховная Ведьма Эвелина потратила последние силы на то, чтобы перенести его в другой мир и запечатать Город Снов от посторонних глаз. Так появился Лес Отчаяния.

Я закрыл книгу.

— Неужели, эта история с перемещением ребенка в другой мир — правда? — задумчиво спросил я сам у себя.

Не веря своим догадкам, я положил книгу на стол и, встав, стал прохаживаться по кабинету. Мне срочно требовался тот, кто мог либо подтвердить мои мысли, либо опровергнуть их. Больше всего на свете я ненавидел неопределенность.

— Альфред! — позвал я громко.

— Я уж думал, не позовете! — отозвался хранитель, материализовываясь в воздухе.

— Опять подслушивал? — прищурился я.

— Нет, что вы, господин ректор? — отрицательно замахал руками дух. — Как можно? Просто мимо проходил.

— Так, ладно, — решил я не заострять внимания на поведении хранителя. — Скажи мне, какова вероятность, что история с переносом ребенка Эвелины в другой мир — правда?

— Вероятность у этого события стопроцентная! — спокойно отозвался Альфред.

— Ты не шутишь? — удивился я.

— Я хоть раз над вами шутил, господин ректор? — возмущенно подняв бровь, спросил дух.

— А вернуться в наш мир этот ребенок мог? — уточнил я у Альфреда.

— В том мире, куда попал этот ребенок время идет не так, как у нас, — сообщил хранитель бесцветным голосом. — Дочери Эвелины не стало двадцать пять лет назад.

— Откуда ты знаешь? — спросил я у хранителя.

— Перед смертью Эвелина взяла с меня слово, что я буду приглядывать за ее потомками и в случае опасности, обеспечу защиту, — словно нехотя, признался Альфред.

— Получается, ты не сдержал свое слово, раз ее не стало? — ехидно уточнил я.

— Я могу обеспечить защиту от многих ситуаций, кроме естественной смерти,господин ректор! — укоризненно произнес хранитель, как бы упрекая меня в том, что я усомнился в данном им слове.