Книга Психолог для дракона, страница 43 – Юлианна Винсент

— То есть она ушла собственной смертью? — вложил я еще один пазл в эту мозаику.

— Совершенно, верно, — подтвердил мои слова Альфред.

— А дети, внуки у нее остались? — догадался спросить я.

— Да, — спокойно ответил дух. — Ветвь по женской линии не прерывалась.

— То есть у Эвелины есть ныне живущий прямой потомок в том мире? — уточнил я.

— Праправнучка, если быть точным, — было такое ощущение, словно Альфред пытается мне на что-то намекнуть.

— Но Франческа не могла быть этой праправнучкой, она родилась тут, я видел госпожу Юнггер беременной и в ней абсолютно не было ведьминской магии, — озвучил я свои мысли вслух.

— Франческа Юнггер не является потомком Верховной Ведьмы Эвелины, — подтвердил мои мысли Альфред.

— Но как тогда объяснить такие резкие перемены в ее поведении? — я задал вопрос даже не Альфреду, а как будто самому себе.

Хранитель молча смотрел на меня, словно чего-то ожидая.

— И сегодняшний экзамен, — я продолжить говорить сам с собой, — я видел этих ребят и то, что они сделали — это был высший пилотаж для первокурсников. Та Франческа, которую я знаю, точно не смогла бы научить их такому, ни за две недели, ни за год, ни за всю жизнь. Это забытые техники, их дед мне в детстве показывал под строжайшим секретом, когда во мне проснулся дракон. Он говорил, что это тайные знания Ведьм.

И тут меня словно осенило. Я соскочил с кресла, повернулся к Альфреду и увидел его улыбающееся лицо:

— Это не Франческа! — ошарашенно проговорил я. — В ее те…

Договорить я не успел, потому что за моей спиной раздался звук распахивающейся двери, а исчезающий дух оповестил:

— К вам посетители, господин ректор!

Я развернулся к двери с недовольным рыком на всю академию. Еще никто не позволял себе так ввалиться в мой кабинет (кроме Дэмиана).

Со словами:

— Господин ректор, вы не имеете права увольнять профессора Юнггер! — ко мне в кабинет ввалилась толпа решительно настроенных первокурсников во главе с Кристианом Брэйвом.

Настя

Стекла в окнах лазарета задребезжали.

— Опять Гор птиц пугает, — флегматично заметил мой дружочек лекарь, размеренно потягивая свой чудесный апельсиново-мятный чай.

— Ну, как-то же он должен развлекаться, — отхлебнула я из чашки, в которой был ароматный напиток. — А то совсем от своей суровости загнется.

Я пыталась шутить, хотя на самом деле мне было дико грустно. После того, как объявили результаты экзамена и, выполнив свою часть сделки, ректор поставил моим несмышленышам высший балл, я поздравила ребят и сославшись на то, что плохо спала ночью и устала, сбежала с общего празднества.

Какое-то время бродила по академии, гладя стены, словно они были для меня самым родным на свете. А потом ноги сами принесли меня в лазарет, к Дэмиану. Я знала, что я все сделала правильно, заключив с Рычуном эту сделку, но мне все равно было грустно. Дэм, как истинный друг, сначала меня отругал за то, что я поторопилась, а потом налил свой волшебный чай и укутал в плед. Этот парень точно знал толк в поддержке неадекватных женщин.

— Ты точно все решила? — с надеждой, что я передумаю, спросил лекарь.

— Да, Дэмиан, — с тоской ответила я. — Отказываться от своих слов — не в моих правилах.

— Все-таки, ты истинная Ведьма! — восхищенно проговорил друг. — Мне бабушка рассказывала в детстве истории про них. И ты, словно, сошла со страниц одной из таких историй. Справедливая, отважная, благородная, защищающая слабых.