Книга Развод. Проданная демону, страница 49 – Евгения Медведская

Она дрожит в моих руках. Мы смотрим друг на друга и разъяренно дышим.

— Я постоянно забываю, насколько ты меня ненавидишь, — наконец, произносит она. — И что ты мне мстишь.

Я мог бы многое на это ответить, но не собираюсь что-либо доказывать.

— Ты сказала достаточно, — зло выплевываю я. — Придется целовать, если не доходит по-хорошему.

Я склоняюсь к ней, беру за затылок и целую. Жадно и глубоко. Пусть уже смирится! Не ползать же перед ней на коленях всю жизнь?

Или пусть подумает в следующий раз перед тем, как вести себя дерзко.

Но стоит коснуться ее, ощутить под пальцами гладкие темные волосы, тронуть губы губами, как меня поглощает моя любовь. Такая желанная женщина, любимая, долгожданная.

Не могу остановиться, наслаждаюсь, как никогда до этого. Ее запахом, ее кожей, ее душой. Мне мало поцелуя, я почти мгновенно теряю контроль и забываюсь.

Жадно исследую ее тело свободной рукой, глажу талию, руки, ласкаю через тонкую ткань платья. Кладу ладонь на ягодицу непроизвольно, и жму девушку к себе, вдавливаю в свое тело. С губ срывается стон. Сначала мой, потом ее.

Кэйри упирается мне в грудь, я не собираюсь это терпеть, соединяю запястья за спиной,обхватываю магией. Теперь она не помешает.

Целую шею, спускаюсь к вырезу платья.

— Тебе будет хорошо, — шепчу я. — Я не сделаю больно. Не бойся, просто чувствуй себя и свое тело.

Кэйри задыхается, когда мой поцелуй ложится на открытую часть ее груди.

— Дариан…

Я слишком сильно желаю, чтобы остановиться.

— Кэйри, не бойся, — умоляю я. — Еще один поцелуй… Пожалуйста…

Наши губы опять встречаются. Она мне отвечает. Страстно и нежно как раньше, когда таяла в объятиях, и мы мечтали о свадьбе. Все идет хорошо, пока я не упираюсь своим органом в ее живот.

Кэйри пугается, замирает и дрожит. Ее губы застывают, будто бы вулканическая лава. Только что жгло огнем, и вдруг это неподвижный камень.

Всхлипывания переходят в частое и нервное дыхание. Я отпускаю ее руки.

Неожиданно то, что она хватается за меня, чтобы не упасть. Даже от такого прикосновения у меня заходится сердце, но дальше нельзя. Это тоже самое, что и случилось в спальне. Снова паника. Снова беспросветный ужас.

Беру ее на руки и прижимаю к себе.

— Прости.

Слово само срывается с губ.

Я делаю шаг, и мы оказываемся в спальне. Кэйри обводит помещение перепуганным взглядом.

— Не надо! — кричит она, срываясь на визг.

По мне сыплется град слабых и мелких ударов.

Я кладу ее на кровать.

— Не бойся. Просто полежи, — успокаивающе говорю я. — Я сейчас уйду.

Кэйри вцепляется в мою руку, впиваясь ногтями и будто бы тянет к себе. Догадываюсь, что она не понимает, что делает. Но в который раз ее тело реагирует вопреки разуму. Я этим не пользуюсь, просто смею надеяться, что не все так ужасно, как кажется.

Я осторожно приподнимаю ее и прижимаю к груди.

— Тихо, моя маленькая, — шепчу я. — Я буду нежен, обещаю. Больше никакой боли. Тихо. Я все исправлю, и ты перестанешь бояться.

Кэйри тяжело вздыхает, но не отстраняется, принимает ласку. Позволяет гладить свои волосы и затихает через некоторое время.

А мне на сердце ложится огромная глыба вины. Я очень силен, но это сдвинуть не могу. Я опять все делаю неправильно и не знаю, как надо.

* * *

У меня назначена встреча со следователем. Возможно, он прольет свет на подозрительные моменты в смерти отца Кэйри.