Онлайн книга «Берегись, Ангел!»
|
— Что вы вытворяете? — Произношу, еле сдерживая эмоции, а эти двое переглядываются. — Лика, — братик выходит вперед и переминается с ноги на ногу, милое зрелище, если честно, — а ты можешь забрать меня завтра пораньше, а? — Строит такие невинные глазки, что невозможно устоять, но я молча складываю руки на груди. — Пожа-а-алста-а-а… — Опять таранит меня просящим взглядом, и внутри все переворачивается, а я продолжаю молчать. — Это тебе. — Вытаскивает руку из-за спины, и я теряюсь, принимая огромную ромашку. — Заберешь, Лик, а? Аристовеле сдерживает улыбку, а я тяжело вздыхаю. Как можно отказать такому чуду? Провожу рукой по его коротким волосам и киваю. — Хорошо, раньше, значит раньше. — Только успеваю произнести, как Олежа вскрикивает и поворачивается к Данияру. — И в парк меня отведешь? Мы же пойдем в парк, да? — Снова передо мной возникают красивые глазки, и я не знаю, что ответить. — Если погода будет хорошая. — Отвечаю размыто и тут же понимаю, что к чему. Аристов протягивает мне еще одну ромашку с таким же молящим видом, как и братишка. — Меня с собой возьмете? — Спрашивает вполне серьезно и смотрит так пронзительно, что я на долю секунды начинаю сомневаться. — Я согласен. — С довольным выражением лица сообщает Олежка, а я крепче сжимаю стебель ромашки. — Мы же можем Дана взять с собой? Ему гулять не с кем… — Так уж и не с кем? — Смотрю только на этого наглеца, который через улыбку всячески пытается изобразить расстройство. — Не с кем, Ангел, не с кем. — Ну, давай его возьмем… — Братишка тянет меня за пиджак и прижимается, заставляя скрипеть зубами от злости. — Аристов, а ты вообще в курсе, что так нагло использовать детей нельзя? — Спросила вполне мило, а Данияр кивнул на ромашку и пожал плечами. Не спешила брать ее, раздумывая над ответом. Если откажу, то Олежка расстроится, а соглашусь, значит сама пропаду. Дилемма не разрешаемая. — Ладно. Вы же все равно сговорились. — Произнесла спокойно, хотя при этом задрожали пальцы. — У нас получилось! — Верещит с радостью братишка и дает пять Аристову, который все еще протягивает мне цветок. — А точно, не стоит, — убирает к себе, — четное число будет. — Хмурится, а я открываю рот от возмущения, когда вспоминаю, где видела эти цветы. — Аристов, совсем из ума выжил?! Вы что, на клумбе их сорвали?! — Да. — Да. Отвечают хором, а я прикрываю глаза рукой. Во дворах есть только одна шикарная клумба, где растут такие огромные ромашки, и если нас поймают, то будет очень неприятно выслушивать лекцию о садовом вандализме. Я как-то нарвалась на неприятную сцену, когда владелица этой красоты, ругала мальчишку, сорвавшего цветок. Там чуть ли не до полиции дошло. — Да, ладно тебе, Цветкова, — Аристов протянул ромашку к носу и вдохнул, кривясь и недовольно глядя на нее, — пара цветочков. Не убьют жеза это. К тому же, они скоро погибнут смертью храбрых от первого мороза. Олежка внимательно слушал Дана и кивал, посмеиваясь и светясь счастьем. И что же ты в нем увидел, братишка? — Раз ты его не возьмешь, то можно использовать по назначению, — спокойно сказал он, срывая один лепесток, — любит, не любит, любит… — Перестань, — резко забираю у него растрепанную ромашку и хватаю другой рукой Олежку, — нам пора. — Я мог бы довезти. — Хмуро говорит и идет следом. |