Книга Берегись, Ангел!, страница 84 – Иоланта Палла

Данияр

Он уходит, а я стою, как истукан, глядя на идеально заправленную кровать. Если бы был слабенькой девчонкой, то разнылся бы, а так сжимаю кулаки и не знаю, что разгромить, чтобы успокоить нервную систему.

Хотя знаю…

Лицо папочки идеально подходит для груши в моей комнате. Сутками бы измывался и наплевать на отсутствие сна.

Прошел внутрь и сел на пол около кровати, осматривая комнату.

После смерти Алиски сюда никто не входил, кроме меня и Валентины, которая поддерживала чистоту. Нужно вынести все вещи. Заберу к себе, но не позволю ни одной душе выбросить то, что мне так дорого.

— Данька, — сестричка встает рядом со мной около зеркала и хмурится, — как думаешь, если мне постричься так же, — указывает на мою новую стрижку и вполне серьезно продолжает, — мы будем, как две капли воды? — Ее глаза увеличиваются, а я усмехаюсь.

— До меня ты не дотянешь.

— Наоборот, Дань, — она ловко тычет мне локтем в ребра, что я сгибаюсь пополам от неожиданности, — количество поклонников возрастет.

— Ты хотела сказать, поклонниц. — Получил по голове и еле успел отскочить в сторону. — Неужели Макс не дотягивает до кавалера намбр уан?

— Он и есть номер один. Есть и будет. — Довольно отмечает она, улыбаясь и поправляя локоны. — Смирись.

— Смирился, только если он тебя обидит, то ему не жить. — Говорю вполне серьезно, ведь даже представить не могу, что сделаю, если сестричка заплачет по вине друга.

— Дан, — Алиска подходит ко мне и смотрит в глаза, — обещай, что не тронешь его, — она берет меня за руку, заставляя ухмыляться, — что бы ни случилось, и пока папе не говори. Мы всего пару раз на свидание сходили. Я сама потом скажу.

Вспоминаю ее слова, глядя на большое зеркало в полный рост, которое все так же находилось у окна. Только сейчас до мозга долетает фраза о брате или сестре. Черт!

Мелкий, я тебе уже не завидую и сочувствую. Откидываю голову назад и таращусь в потолок, переваривая новость.

— Данияр? — Раздается тихий голос Валентины, и я смотрю на дверь, которую осторожно закрывает женщина. — Я тебе таблетки принесла. Держи.

Подает мне колеса, о которых я напрочь забыл с Цветковой и ее братом. Без слов кидаю в себя лекарство и выпиваю всю воду. Валентина садится рядом и смотрит вокруг с печалью в глазах.

— Я помогу тебе с вещами. Сегодня уже поздно, а завтра обязательно займемся этим. У тебя прибралась и ужин оставила на столе.

— Спасибо, — отвечаю ей сухо, — я не голоден. Здесь переночую.

— Тебе нужно соблюдать постельный режим, Данияр, — с заботой произносит Валентина и смотрит на меня, — последствия сотрясения могут дать о себе знать позже. Если тебе сейчас хорошо, то потом…

— Я знаю, — ставлю стакан на пол и снова смотрю на зеркало, — урок о непослушании преподали. — Усмехаюсь, а женщина качает головой и поднимается.

— Ужин сюда принесу. Поесть тебе нужно. — Даже не дожидаясь моего ответа, уходит, а я снова луплюсь в потолок.

Внутри подозрительная тишина.

Меня тыкнули носом в лоток, причем в тот, который мне не принадлежит.

— Ты не имеешь права! — Слышу голос Алиски и понимаю, что она плачет.

Иду к отцовскому кабинету и чувствую, что крышу сносит от эмоций.

— Какая любовь в твоем возрасте?! Выучись сначала, а потом другим местом думай! Сейчас мозг нужно развивать, а не… — Фраза доносится не полностью, потому что отец переходит на холодный тон. — Встречаться с ним ты не будешь, Алиса, и точка. Пойдешь против, будешь наказана.