Онлайн книга «Дыши нами, пока есть время»
|
— Тут еще полеживаешь? — Степа плюхается рядом со мной и помещает травинку в рот. Друг прищуривает один глаз и улыбается. На нем светлые шорты и футболка. Он доволен, как сытый хищник, а мне вдруг сжимает грудь и становится больно дышать, стоит только открыть рот, чтобы ответить ему. — Ты не напрягайся, — Вольный кладет мне на грудную клетку руку и перестает улыбаться, — не стоит ничего говорить, друг. — Где мы? — Все-таки хриплю и закашливаюсь, пытаясь подняться, но от внезапной боли, пронзившей спину, закрываю глаза. — Могу сказать одно, тебе тут не место. Сам ведь видишь. — Кивает на теплую куртку. Да, внутри меня печет так, словно кто-то кинул меня в духовку. — Что случилось? Степыш, какого черта?! Сейчас же зима! Я снова смотрю по сторонам и рвано хватаю воздух, которого все меньше и меньше. Друг тяжело вздыхает. Его образ кажется мутным, или мои глаза чем-то засыпали. Хочется дергаться, и я пытаюсь, но продолжаю лежать на месте. Жар распространяется по телу, будто я заболел гриппом. Внимательно смотрю на Вольного, и в памяти всплывает момент с ударом. Его глаза, полные страха, а потом кровь… — Дошло? — Криво улыбается и убирает руку, поглядывая перед собой. — Это все не реально, да? Всего лишь дерьмовый сон?! Молчит, поворачивает ко мне голову и улыбается. Нет! Какого черта?! — Позаботься о Маруське. Пусть живет дальше. — Нет! Ору так, что легкие обжигает, но образ друга расплывается перед глазами. Нет! — Хоть ты невыносимый, но мой самый близкий человек. — Нет! Уши закладывает, а светлый день сменяется темной ночью. Сердце замедляет ритм, пока я продолжаю сипло орать во мрак. Но слышу его голос. Тихий. Как через толстую бетонную стену. — Прощай, друг! Ощущение реальности теряется. Я пытаюсь открыть глаза, слыша посторонние звуки, которые улавливает мой слух. Только веки словно одеревенели. — Жаль парня. Такой молодой… Сознание улавливает женский голос, и дыхание учащается. Пробую открыть глаза, но ничего по-прежнему не получается. Во рту настоящая пустыня. — Он хотя бы живой. — Мужской голос с хрипотцой заставляет напрячь слух. — Да, не повезло тому парнишке. Никак не могу привыкнуть к тому, что погибают дети. Это страшно… — Вероника Сергеевна, возьмите себя в руки. Следите за пациентом. Сейчас нужно его спасти, а тому парню мы уже ничем не поможем. — Хорошо-хорошо. — Со слезами, пока я дергаюсь всем телом. Ничего. Не получается. Я на месте. В темноте. Лежу. Я чувствую, что не двигаюсь. Мои мышцы ноют. Спина болит. Я не могу выбраться из темноты и зову Вольного. Друг, твою мать, помоги мне! Кажется, ору настолько сильно, что перепонки должны лопнуть, но он не отзывается. Не знаю, сколько времени проходит, но наконец попытка открыть глаза приводит к проблеску света. — Леша… — Ее сладкий голос настоящая услада для ушей. Моя принцесска гладит руку, пока я сглатываю. Пить хочу очень сильно. Несколько раз моргаю, чтобы сфокусировать зрение. — Ты очнулся… Рядом раздаются всхлипы, на которые я медленно поворачиваю голову. Света сидит около больничной койки. Ее тонкие пальчики гладят мои. Глаза красные. Веки припухшие. Моя маленькая девочка, что же ты так? — Не двигайся. — Произносит она, когда я дергаю рукой, только поздно. До меня доходит, что ноги я совсем не чувствую. Тут память и подкидывает подробности. Сирена. Скрежет металла. Взгляд друга. |