Книга 14 дней до падения, страница 49 – Иоланта Палла

— Илья, скажи мне, — останавливаюсь около двери, к которой меня ведет Север. — Вы опять из-за меня подрались?

Вздыхает. Глаза вспыхивают гневом, но я понимаю, что направлен он не на меня, а на моего заносчивого братца.

— Нет, принцесса, не из-за тебя.

— Почему тогда? Из-за баскетбола?

— Ему не понравилось, как мы подстригли его подругу, — произносит нехотя, поглядывая поверх моего плеча.

И, наверное, стоит сказать, что он не прав, но я не могу, потому что мне не жаль Вику. Я помню, с каким жутким остервенением она орудовала надо мной ножницами.

— Разочарована? — криво улыбается и не смотрит на меня, словно я только что сказала что-то грубое.

— Нет. Это неправильно, но… Она заслужила.

Я не могу дать отпор сама. Я не Костя. И… он не заступился за меня, но подрался за Вику. Поджимаю губы, чтобы не расплакаться при Севере. Только он все равно замечает мое состояние.

— Пей, а то остынет, — кивает на стаканчик, открывает дверь и пропускает внутрь.

— А разве нам сюда можно? — ступаю за порог и осматриваю помещение, которое точно не пустует.

На стенах граффити, неприличные слова и рисунки. Стекла выбиты. Пахнет пылью и сыростью.

— Никому нет дела до того, кто здесь ошивается, Алиса.

Делаю глоток какао и раскатываю на языке потрясающий вкус. Илья подходит к окну и стрясает с него мусор и пыль. Снимает олимпийку, стелет на подоконник и кивает.

— Садись.

— Не нужно было…

— Алиса…

— Ладно, — послушно иду к нему и сажусь на то место, которое он приготовил.

Если честно, мне приятно, что Илья обо мне заботится. Он не хочет казаться лучше. Он такой и есть.

Лучший в моих глазах.

— Спасибо, — принимаю из его рук сэндвич.

— Не за что.

— Есть за что.

Вопросительно поднимает бровь.

— Ты за меня заступился, а Костя нет…

Хотя он мой брат. Обидно. Очень обидно.

— Я не мог иначе.

Смотрим друг другу в глаза. Мое сердце стучит очень громко. Наверное, Северский слышит этот глухой звук. Мне так кажется.

— Я знаю.

Пряча улыбки, кусаем сэндвичи.

В груди разливается очень теплое и незнакомое чувство. Это любовь, да?

POV Алиса

Мой телефон разрывает от звонков родителей. Если сначала у меня был показательный бунт, то теперь я боюсь. Страшно услышать голос матери. Но больше всего меня пугает одиночество. Пусть Костя за меня и не заступался, когда Мария Степановна лютовала, но мне хватало его близости. Такая себе незримая поддержка под метр восемьдесят пять ростом. Сейчас мне придется оказаться к ней нос к носу. Одной.

— Почему ты не отвечаешь? — Илья видит, как я отключаю звук, хмурится, кидает в пакет использованные салфетки.

— Это мама, — будто это что-то объясняет…

Будет слишком позорно рассказывать о том, что происходит в нашей семье? Или нормально?

Его сестру в неадеквате я уже познала…

— Они сейчас с папой в командировке. Должны вернуться на днях.

Делаю паузу, чтобы продолжить. Допиваю какао и бросаю стаканчик в пакет. Илья ставит его на пол, показывая рукой, чтобы я продолжала. Легко сказать! У меня словно голосовые связки растворяются…

— Мама контролирует каждое мое действие. Даже вот, — дергаю за ворот свитера, — одежду мне выбирает. Курсы оплачивает, репетиторов, а я… У меня нет возможности высказаться. Понимаешь?

Начинаю шумно дышать. Легкие сжимаются. Паника нарастает. Илья тут же подходит ко мне и обнимает. Я все еще сижу на подоконнике. Он между моих ног. Выглядит очень двусмысленно, но мне плевать. Зажмуриваюсь и цепляюсь за рукава его футболки. Север водит пальцами по моей спине и ничего не говорит. У него есть удивительная способность — дарить мне спокойствие действиями, а не пустыми словами. Успокаиваюсь. Дыхание становится равномерным. Облизываю губы. Это нормально, что я хочу быть в его руках? Не хочу, чтобы отпускал.