Книга Only you, страница 17 – Иоланта Палла

Я кривлюсь и, мысленно посылая того, кто там ритмично орудует кулаком, прикрываю голову подушкой. Она, к слову, тоже отстойная. Каждый тук-тук долетает до моих ушей, и я кидаю бесполезный прямоугольник в сторону шкафа. Хочу грубо ответить посетителю, но не успеваю.

— И вот надо оно мне. Мало детей, так еще этот на мою голову свалился.

Васькино тихое бурчание вызывает у меня улыбку. Хоть какое-то развлечение среди убогой скуки. Медленно, стараясь не издать ни звука, поднимаюсь и крадусь к двери. Понимаю, что веду себя, как идиот, но почему-то желание пошутить над девчонкой побеждает какой-никакой голос разума. В комнате темень, хоть глаз выколи, а все из-за того, что я прикрыл занавески и обеспечил себе максимально комфортные условия для погружения в транс. Идеальная атмосфера для запугивания нежной особы, которая снова подняла руку с намерением выбить дверь. Странно, что ручку она не поворачивает. Я так-то не закрывал на замок, как будто чувствовал, что добыча придет к охотнику.

Подхожу ближе и замираю около дверного полотна, высчитывая удобный момент для своего эффектного появления. Так усердно считаю, что даже дышу через раз. Как только она громко выдыхает, резко открываю дверь и затаскиваю ничего не понимающую Ваську к себе, сразу хлопая дверью и прижимая ее к стене рядом. Она только ойкнуть успевает и столбенеет передо мной. Молчит, и я слов не произношу. Жду хоть какой-то реакции, а ее ноль. Только дышит шумно и часто.

— Жалко, не вижу твоих глаз, Васька, — выдыхаю шепотом, улыбаясь тому, как она вздрагивает, — оценил бы степень желания.

— Или страха, — бурчит и хлопает по выключателю, вынуждая меня застонать и отойти от нее, — прозрей, Баринов.

— Теперь я понимаю,почему ведьм жгли на кострах. — Глаза тру руками и моргаю, привыкая к яркому освещению. — Вы же не люди.

— Хотя бы не орки.

Ответно бросает с высоко поднятой головой. Такой презрительный взгляд мне дарит, что я на некоторое время подвисаю, не улавливая прикола.

— От твоего смрадного дыхания любая ведьма собственноручно костер разожжет.

Смотрит на меня и вертит пачку листов в руках. Ухмыляюсь ее словам. Видно же, что напугалась и нервничает.

— Спички дать?

Шагаю к ней с наглой рожей, но мне тут же прилетает кипа бумажек в грудак. Так ладошкой листы припечатывает, что я вдох с выдохом путаю. Приходится изобразить самого милого пупсика, каким я могу быть, хотя легкие жжет от нехватки кислорода, который я медленно носом тяну.

— Держи, опаздун, — кривится Васька и убирает руку, — ты пропустил собрание, на котором все по полочкам разбирали, а с завтрашнего дня, между прочим, начинается усердная работа.

— До седьмого пота.

Не глядя на содержимое, кидаю бумажки на тумбочку, а Васька качает головой, изображая неодобрение.

— В том числе. — Кивает с неподдельной серьезностью и руки складывает на груди. — Ты бы проветрил здесь, а то дышать нечем.

— В подземелье у орков других ароматов и не встретишь, ведьма.

Смотрю на то, как Васька к двери подходит и кривится. Не воспринимает шутки ни на одном из уровней. Печально, черт подери!

— Стоять, — подлетаю к ней в последний момент и руку сжимаю, на что ее глаза в размере увеличиваются, — средством связи не поделишься?

— Что?

Непонимающе выдыхает и руку отдергивает, как от прокаженного. Хочется попросить терпения у неба в этот момент.