Книга История любви леди Элизабет, страница 138 – Джудит Макнот

Она бродила по двору, наслаждаясь видом, но в отсутствие Яна день казался странно пустым. Когда он был где-то рядом, воздух, казалось, вибрировал от его присутствия, а ее чувства менялись с бешеной быстротой. Сегодня утром, убирая его дом – это она решила сделать от скуки и чувства благодарности, – Элизабет чувствовала, что это сближает ее с ним.

Стоя на краю обрыва, она обхватила плечи руками, глядя вдаль, и видела перед собой суровое прекрасное лицо и янтарные глаза Яна, вспоминала нежность в его звучном голосе и его объятия вчера. Элизабет раздумывала о том, что было бы, если бы она вышла замуж и имела уютный дом, как этот, смотрящий на такую захватывающую дух красоту. Интересно, какую жену приведет сюда Ян, и Элизабет представила их обоих, сидящих на диване у огня, беседующих и мечтающих вместе.

Мысленно Элизабет встряхнулась. Она думала как… как женщина, потерявшая рассудок. Ведь это себя она вообразила сидящей на диване рядом с ним. Отогнав эти возмутительные мысли, Элизабет огляделась, ища чего-нибудь, что могло бы занять ее время и ум. Бесцельно она оглянулась кругом, взглянула на шумящее над головой дерево… и затем увидела ее. Большую хижину, почти полностью скрытую старыми ветвями огромного дерева. Ее глаза заблестели от любопытства, она посмотрела вверх на хижину, затем крикнула священнику, вышедшему из дома.

– Здесь хижина, – объяснила Элизабет на случай, если он не знает, что там наверху. – Как вы думаете, ничего, если я посмотрю? Я думаю, вид оттуда должен быть великолепен.

Священник пересек двор и остановился, разглядывая хлипкие «ступени», которые представляли собой старые плоские дощечки, прибитые к дереву.

– Может быть, небезопасно ступать на эти доски.

– Не беспокойтесь об этом, – бодро сказала Элизабет. – Эльберт всегда говорил, что я наполовину обезьяна.

– Кто это Эльберт?

– Один из наших грумов, – объяснила она. – Он и двое наших плотников построили для меня хижину на дереве у нас дома.

Священник посмотрел на ее сияющее лицо и не смог отказать ей в таком маленьком удовольствии:

– Я полагаю, что можно, если обещаете быть осторожной.

– О да, я обещаю.

Он смотрел, как она сбросила туфли. Несколько минут девушка ходила вокруг дерева, а затем исчезла за ним состороны, где не было ступенек. К изумлению Дункана, он увидел, как мелькнули светло-желтые юбки, и понял, что она взбирается на дерево без помощи старых досок. Он хотел крикнуть, предупреждая ее, но понял, что в этом нет необходимости – в беспечном порыве девушка уже достигла середины кроны и пробиралась к хижине.

Элизабет добралась до входа в хижину и наклонила голову, чтобы войти. Однако за дверью потолок был достаточно высок, и можно было стоять, не наклоняясь, и она подумала, что Ян Торнтон, должно быть, был высоким уже в юности. Элизабет с интересом осмотрела старый стол, стул и большой плоский деревянный ящик, больше ничего в хижине не было. Отряхнув руки, она смотрела через окно в боковой стене хижины и любовалась великолепными видами долины и холмов, усыпанных яркими цветами боярышника, вишни и колокольчиков, затем повернулась, чтобы осмотреть маленькую комнатку. Ее взгляд упал на выкрашенный белой краской ящик, она протянула руку и стряхнула с крышки грязь и пыль. На ней были вырезаны слова «Частная собственность Яна Торнтона. Открой на свою погибель!». И как будто чувствуя, что письменного предупреждения недостаточно, мальчик вырезал устрашающий череп и перекрещенные кости под этими словами.