Книга Предатель. Ты солгал всем, страница 30 – Стася Бестужева

Мой взгляд упал на телефон, лежащий на столе. Инна. Она вчера говорила, что знает хорошего адвоката, который помог её подруге в сложной ситуации. Я схватила телефон и набрала её номер, почти не надеясь, что она ответит так рано. Но после третьего гудка раздался её голос, чуть хрипловатый, но тёплый.

— Ксения? Всё в порядке? — в её тоне сквозила тревога.

— Нет, Инна, ничего не в порядке, — мой голос дрожал, и я не пыталась это скрыть. — Мой сын… его могут посадить. Нужен адвокат. Ты говорила о ком-то, кто может помочь?

Инна помолчала секунду, будто собираясь с мыслями.

— Да, конечно. Моя подруга как-то попала в беду с сыном — подростковая драка, дело дошло до суда. Её адвокат, Сергей Иванович, буквально вытащил парня. Я дам тебе его номер. Он дорогой, но дело своё знает. Хочешь, я позвоню ему первой, договорюсь о встрече?

Я выдохнула, чувствуя, как напряжение в груди чуть отпускает. Впервые за последние сутки кто-то предлагал реальную помощь, а не просто сочувствие.

— Инна, я даже не знаю, как тебя благодарить. Пожалуйста, позвони. Я готова на всё, лишь бы вытащить Кирилла.

— Не благодари, Ксюша. Мы с тобой в одной лодке, — её голос стал мягче. — Я позвоню Сергею Ивановичу прямо сейчас. А ты держись. И… если что, звони мне в любое время, хорошо?

— Хорошо, — прошептала я, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. —Спасибо.

После разговора я сидела, глядя на телефон, будто он мог дать мне ответы на все вопросы. Но вместо этого в голове крутился только один: откуда у Кирилла наркотики? Он никогда не был проблемным ребёнком. Да, в последние годы стал более замкнутым, но я списывала это на подростковый возраст, на учёбу, на стресс от поступления в университет. Как я могла так ошибаться?

Я встала, подошла к комнате Кирилла и замерла у двери. Его комната всегда была его убежищем… плакаты рок-групп на стенах, гитара в углу, стопки книг по программированию. Я вошла, чувствуя себя почти вором, вторгающимся в чужое пространство. На столе лежали тетради, какие-то провода, внешний жёсткий диск. Я открыла ящик стола, не зная, что ищу. Может, хоть что-то даст подсказку.

В глубине ящика, под старыми конспектами, я нашла картонную коробку. Мои пальцы задрожали. Я открыла коробку, и из неё выпал маленький пластиковый пакетик с белым порошком. Сердце рухнуло в пропасть. Это было как удар под дых. Я знала, что это. Знала, но не хотела верить.

Я опустилась на стул, сжимая пакетик в руке, и разрыдалась. Не от гнева, не от страха… от бессилия. Как я могла не видеть, что мой сын катится вниз? Как могла быть так слепа, так поглощена своей болью, своей жизнью, что не заметила его отчаяния?

Телефон зазвонил, вырывая меня из оцепенения. Это была Инна.

— Ксюша, я поговорила с Сергеем Ивановичем. Он готов встретиться с тобой сегодня в два часа дня. Я скину адрес его офиса. И… он сказал, что дело серьёзное, но шансы есть, особенно если Вера не вспомнит деталей нападения. Ты как, держишься?

Я вытерла слёзы и постаралась собраться.

— Держусь. Инна, я нашла у Кирилла… порошок. Какой-то... Я не знаю, что делать.

На том конце провода повисла тишина.

— Господи, Ксюша… — её голос был полон сочувствия. — Это ужасно. Но не паникуй. Это может быть разовый случай. Главное вытащить его из камеры, а потом разбираться. Покажи это адвокату, он подскажет, как быть. И… не вини себя. Мы, матери, всегда виним себя, но это не твоя вина.