Книга Предатель. Ты солгал всем, страница 8 – Стася Бестужева

Маша внимательно посмотрела на меня и вдруг произнесла:

— Знаешь, я всегда думала, что вы с папой — идеальная пара. Я мечтала о таких же отношениях, как у вас.

Её слова были как соль на рану. Я тоже так думала. Я строила наш брак, нашу семью все эти годы, веря, что создаю что-то прочное и настоящее.

— Прости, мама, — сказала Маша, заметив выражение моего лица. — Я не должна была...

— Всё в порядке, — я попыталась улыбнуться. — Жизнь просто оказалась сложнее, чем мы думали. Но мы справимся. Главное, чтобы у тебя с Димой всё было хорошо.

После уходаМаши я почувствовала странное облегчение. Она знает правду, и мне не пришлось выставлять Анатолия в ужасном свете. Она сама всё поняла. Кирилл и Алина тоже знали, и хотя они реагировали по-разному, в целом они держались лучше, чем я опасалась. Кирилл был молчалив и замкнут, но это было его обычное состояние в последние годы. Алина больше плакала, но потом как-то собралась и даже стала помогать мне с домашними делами больше, чем раньше.

В общем, мы медленно, но верно привыкаем к новой реальности. К жизни без Анатолия.

Я как раз размышляла об этом, помешивая рагу для ужина, когда зазвонил телефон. Номер не определился, и я почему-то сразу почувствовала тревогу. Обычно неизвестные номера… это либо спам, либо неприятности.

— Алло?

— Ксения? Это Ольга, — голос соседки звучал странно взволнованно. — Ты дома?

— Да, готовлю ужин. Что-то случилось?

— Я... не знаю, как сказать... В общем, я сегодя видела Толю. Он приезжал за оставшимися вещами.

— И? — я не понимала, почему это должно меня волновать. Мы договорились, что он заберёт остальное, когда я буду на работе, чтобы избежать новой встречи.

— Он был не один, — в голосе Ольги звучало сочувствие. — Он был с Верой. И они... они грузили вещи в её машину.

Я замерла, чувствуя, как что-то холодное и тяжёлое оседает в животе.

— Ты уверена?

— Да, конечно. Я хорошо знаю Веру. Она даже поздоровалась, представляешь? Как ни в чём не бывало. Я сделала вид, что спешу, и прошла мимо, но потом смотрела из окна. Они уехали вместе.

Я молчала, не зная, что сказать. В голове крутилась только одна мысль: “Он переехал к ней. Так быстро. Даже недели не прошло”.

— Ксения? Ты там? Прости, если я... может, не нужно было говорить? — голос Ольги звучал обеспокоенно.

— Нет-нет, ты правильно сделала, — я наконец пришла в себя. — Спасибо, что сказала. Я... я должна была знать.

После разговора я выключила плиту, оставив недоготовленное рагу, и вышла на задний двор. Мне нужен был свежий воздух. Нужно было подумать.

Итак, Анатолий не просто ушёл от меня. Он сразу же переехал к Вере. Не к брату, как говорил. К Вере. Это значило, что он уже принял решение. В отличие от меня, ему не требовалось “время подумать”. Он выбрал. Выбрал не меня. Не нашу семью. Не двадцать пять лет совместной жизни.

Странно, ноя не чувствовала новой волны боли. Может быть, я уже исчерпала лимит страданий за эту неделю. Может быть, где-то глубоко внутри я уже знала, что всё так и будет. Что он не боролся за наш брак не потому, что давал мне пространство, а потому что не видел в этом смысла. Потому что уже сделал выбор.

Я села на садовую скамейку и уставилась на куст роз, который мы с Анатолием посадили пять лет назад, в двадцатую годовщину свадьбы. Тогда он сказал: “Эти розы будут расти вместе с нашей любовью”. Какая ирония. Розы всё ещё цвели, а нашей любви больше не существовало.