Книга Развод. Пусть горят мосты, страница 124 – Стася Бестужева

— Правда, — киваю я. — А вы хотели бы жить в Петербурге?

— А ты там будешь? — спрашивает Даниил.

— Буду.

— А дядя Максим?

— И дядя Максим тоже.

— Тогда хотим! — хором отвечают они.

Мама встречает нас в дверях с красными от слез глазами и широкой улыбкой.

— Внучки мои дорогие! — обнимает она детей. — Как я по вам скучала!

А потом, когда дети увлекаются просмотром новостных сюжетов о нас, тихо говорит мне:

— Знаешь, доченька, иногда справедливость все-таки торжествует. Медленно, с опозданием, но торжествует.

Она права. Сегодня утром я проснулась отстраненным от работы врачом с сомнительной репутацией, лишенным детей и будущего. А сейчас, к вечеру, я — признанный на всю страну специалист, мать, которая завтра официально вернет своих детей, и будущий руководитель сети клиник в Санкт-Петербурге.

Мосты в прошлое действительно сгорели. Но вместо них появилась новая дорога — широкая, светлая, ведущая к той жизни, о которой я даже не смела мечтать.

Судебное заседание назначено на десять утра, и я прихожу за полчаса до начала. В коридоре районного суда пахнет хлоркой и застарелым страхом — здесь решаются судьбы, рушатся семьи, делятся годы совместной жизни на "до" и "после". Сегодня моя очередь официально поставить точку в тринадцати годах брака.

Сижу на деревянной скамейке, перебираю в руках папку с документами. Справка о психическом здоровье от доктора Светлова, характеристики с работы, записи разговоров Павла и Вероники, которые собрала моя храбрая Ника. Арсенал доказательств того, что я вменяемая мать, способная воспитывать своих детей.

Дети остались дома с мамой — не хочу травмировать их присутствием на официальной процедуре развала семьи. Ника, конечно, настаивала пойти со мной, говорила, что готова "дать показания против папы", но я твердо отказалась. Достаточно того, что она уже сделала для нашей победы.

В половине десятого появляется Павел с адвокатом — незнакомым мужчиной в дорогом костюме. Павел выглядит усталым, постаревшим. За месяц, прошедший после телевизионных новостей о нашем "медицинском подвиге", его жизнь изменилась не в лучшую сторону. Налоговая проверка его компании вышла из стадии "плановой" в статус "углубленной", а несколько крупных клиентов расторгли контракты после публикаций о его "семейных проблемах".

Наши взгляды встречаются на секунду, но он сразу отворачивается. Некогда самоуверенный, властный мужчина теперь избегает прямого зрительного контакта с женщиной, которую пытался сломать.

Рядом со мной садится Сергей Леонидович, достает из портфеля стопку документов.

— Готовы? — спрашивает он тихо.

— Готова, — отвечаю, и удивляюсь собственному спокойствию. Месяц назад я дрожала от страха перед каждым судебным заседанием. Сегодня чувствую только усталость и желание закончить этот этап раз и навсегда.

— Дело Федоркова против Федорковой! — объявляет секретарь, и мы проходим в зал заседаний.

Судья Ковалевская выглядит строго, но справедливо. Она внимательно изучает представленные документы, периодически задавая уточняющие вопросы то нашей стороне, то адвокату Павла.

— Итак, — говорит она наконец, — рассматривается иск о расторжении брака и определении места жительства несовершеннолетних детей. Истец — Павел Андреевич Федорков, ответчик— Елена Викторовна Федоркова.