Книга Развод. Пусть горят мосты, страница 19 – Стася Бестужева

После того, как я отвожу их в школу, еду в больницу. Работа — единственное, что держит меня на плаву сейчас. Здесь я нужна, здесь моя жизнь имеет смысл, здесь нет лжи и предательства.

День проходит в обычной суете: операции, обходы, консультации. Я погружаюсь в работу с головой, стараясь не думать о том, что сегодня особенный день. О том, что мой муж проводит нашу годовщину с другой женщиной.О том, что он собирается показать ей наши места, делиться с ней нашими воспоминаниями.

В обеденный перерыв звонит телефон. Павел.

— Привет, — говорит он, и в голосе слышится что-то наигранное. — Как дела?

— Нормально, — отвечаю сухо. — Работаю.

— Слушай, я тут подумал... может, всё-таки попробуем вечером выбраться куда-нибудь? Если рано закончу встречу.

Интересно, что заставило его передумать? Угрызения совести? Или просто понял, что я могу что-то заподозрить?

— Не стоит, — отвечаю. — Я понимаю, что работа важнее.

— Лена, не начинай, — в его голосе появляется раздражение. — Я пытаюсь найти компромисс.

Компромисс. Он называет компромиссом жалкие крохи времени, которые готов выделить жене в день годовщины свадьбы.

— Хорошо, — говорю я. — Если освободишься, позвони.

— Обязательно. И Лена... — он делает паузу. — Я люблю тебя.

Три слова, которые когда-то заставляли моё сердце петь. Сейчас они звучат как издевательство.

— И я тебя, — отвечаю автоматически и сбрасываю.

К вечеру, когда я забираю детей из школы, на душе скребут кошки. Весь день я пыталась не думать о том, где сейчас Павел и с кем. Но мысли возвращались снова и снова, как языки пламени к сухому дереву.

Дома готовлю ужин, помогаю Данилу с домашними заданиями, слушаю, как Ника репетирует новую пьесу. Обычный вечер, обычные заботы. Только сегодня этот вечер должен был быть особенным.

В семь часов раздаётся звонок в дверь. Павел? Но у него есть ключи. Иду открывать и вижу курьера с огромным букетом красных роз.

— Елена Федоркова? — спрашивает он.

— Да.

— Вам доставка.

Беру букет, расписываюсь. Курьер уходит, а я стою в прихожей с тремя дюжинами роз в руках. Дорогие, красивые, идеально свежие розы. Ищу глазами открытку. Вот она, маленькая белая карточка между цветами: «С годовщиной, любимая. Прости, что не могу быть рядом. П.»

Стандартная формулировка. Ни намёка на личные чувства, на воспоминания, на то, что этот день когда-то что-то значил для нас. Розы, купленные по телефону, скорее всего секретаршей. Дежурный жест успешного мужчины, у которого нет времени на семью.

— Мама, какие красивые цветы! — восклицает Даниил, появляясь в коридоре. — От кого?

— От папы, — отвечаю, неся букет на кухню. — Сегодня наша годовщина свадьбы.

— Здорово! — сынхлопает в ладоши. — А торт будет?

— Какой торт, Данилик? — спрашиваю, ставя розы в вазу.

— Ну, как на дне рождения. Разве на годовщину не едят торт?

Из горла вырывается что-то среднее между смехом и всхлипом. Мой восьмилетний сын знает о праздниках больше, чем его отец.

— Конечно, будет торт, — говорю я. — Завтра сходим в кондитерскую и выберем самый красивый.

— А папа будет?

Этот вопрос. Вечный детский вопрос: «А папа будет?» На празднике, на концерте, на прогулке, на семейном ужине. И мой вечный ответ: «Постараемся», «Увидим», «Если освободится».

— Обязательно будет, — обещаю я, хотя не знаю, смогу ли сдержать это обещание.