Книга Злобушка для дракона, страница 44 – Наталья Мамлеева, Надежда Мамаева

Воздух меж мной и принцем становился все гуще и звонче, будто наполнялся невысказанным, а мои нервы натягивались, точно струны.

Украдкой кинула на дракона один взгляд. Потом второй. Но высочество их не замечал, они отскакивали от сильных мужских плеч, широкой груди… Впору подобрать все, что разбросала.

Ну или хотя бы найти. Не в карете, а в себе. Гордость. Такую, которая позволила бы так же сидеть, смотреть в окно, как Генрих, и не сожалеть ни о чем.

И повернула голову к окну, чтобы увидеть: дворец вблизи был еще грандиознее, чем издали, с холма рядом с центральной городской площадью.

А вот что оказалось похожим и в монаршей резиденции, и на людных столичных улицах – деловая суета. Не успели мы выйти, нас тут же кто-то встретил, куда-то препроводил, после принц срочно кому-то потребовался, ибо без его участия чего-то никак не начиналось… Герних, извинившись, покинул меня. А я осталась. Впрочем, ненадолго.

Тут же в залу, где я была, вошла статс-дама – леди Эльвира, женщина лет пятидесяти, с безупречной осанкой, лицом точно из фарфора и взглядом пошленника на границе. Ее улыбка была дежурной и столь же теплой, как вечный холод крайнего севера.

– Его высочество распорядился разместить вас в покоях Голубой лагуны, леди Мартиша, – произнесла она голосом, намекавшим, чтоесли гостье сильно хочется возразить, то, так уж и быть, мне дозволяется удивленно приподнять брови. Но ненадолго. А потом надлежит немедля убрать любое мнение со своего лица и изобразить восхищение. – Они находятся в тихой части дворца, недалеко от библиотеки и оранжереи. Надеюсь, вам будет комфортно.

– Буду благодарна за сопровождение, – весело протянула я, не став разочаровывать статс-даму.

Меня провели через бесконечные галереи, мимо сверкающих мраморных полов, гобеленов с батальными сценами и статуй предков правящей династии. Всюду сновали слуги в ливреях, важно прохаживались придворные в богатых одеждах. На меня в простом платье косились. Шептались. Я чувствовала себя мышью, упавшей в хрустальную вазу, где уже сидел… целый выводок породистых удоистых (что аж яд можно сцеживать в оптовых объемах) гадюк!

Мимо всего этого серпентария я плыла в фарватере за статс-дамой, гордо расправив плечи. Потому что только гордость мне и осталась. Только ей я сейчас и была сильна. И, наконец, мы двумя каравеллами причалили-таки к порогу моих покоев.

Те хоть и назывались «Голубая лагуна», больше напоминали небольшую, но роскошную квартиру. Гостиная с камином, будуар, спальня с кроватью под балдахином и ванная комната с магическим подогревом воды. Все в оттенках синего, серебра и белого. Изящно, дорого, бездушно. Окна выходили в приватный садик, что было единственным утешением.

Едва я успела осмотреться, как явился Генрих.

– Освоилась? – спросил он, стоя на пороге.

И это его простое «ты», на которое дракон перешел, когда мы оказались наедине, посреди огромного дворца, где можно было потерять, кажется, все: путь до собственных покоев, голову, честь, а то и душу, погнавшись за блеском золота… Это его «ты» оказалось удивительно родным, теплым, простым и каким-то правильным, что ли.

Таким, что я на миг ощутила, как в груди стало теплее.

Дракон смотрел на меня внимательно, но в его взгляде уже не было ни страсти, ни провокации, ни хотя бы вызова. И демоны побери, меня вдруг это задело!