Книга Ты – моё искушение. Изгой и Аристократка, страница 41 – Елена Смертная, Лана Кроу

Он сделал вид, что задумался, а после расхохотался. Я был для него не более чем пешкой, которую нужно скинуть с доски.

— Тыне подумай, я не злорадствую. Просто яд ещё не особо изучен, так что точно никто не знает, насколько сильно ты ослабнешь. Но с подобными неопределенными вещами всегда есть один плюс: раз они только появились на рынке, значит, никто не успел придумать противоядие.

Трей подмигнул мне и махнул рукой своим парням.

— Уходим. Пока, Акси. Мне даже немного жаль, что так вышло. Ты казался способным пареньком.

Я окончательно рухнул на пол. Сознание начало мутнеть. Но единственное, о чем я думал, пока смотрел на отдаляющиеся ботинки этих козлов: только бы Миранда не привлекла к себе внимание, пока они не уйдут…

Миранда

— Милая, опомнись, ты притащила в наш дом преступника!

От слов мамы я вылила на руку слишком много зелья и зашипела от боли. Жидкость начала обволакивать раны, но при этом очень уж сильно жгла.

— Мама, он не преступник. Это мой однокурсник.

Я выдохнула. Понимала, почему она переживает. Я заявилась в поместье с незнакомым парнем, который весь в синяках ещё после вчерашнего боя и находится без сознания. Кричала на бедного кучера, который помог мне кое-как дотащить эту тушу. Сама была вся в крови. А потом закрылась на пять долгих часов в комнате и просто не открывала, рыча, что никакого медика звать не надо.

Однако у меня просто не осталось сил, чтобы что-то объяснять.

— Просто однокурсник? Тогда почему мы не позвали врача, чтобы ему помочь?

Несмотря на напряженный разговор, мама взяла бинт, чтобы помочь перебинтовать мне руки. Всё от кончиков пальцев до локтей было в царапинах. Я еле вытащила все занозы. Потому что выбиралась из того проклятого шкафа, силой процарапывая и выбивая себе путь.

В тот момент я даже не чувствовала боли. Влила в себя одно из зелий, которое сделало меня чуть сильнее, и, как только закрылась входная дверь и те мерзавцы ушли, тут же начала выламывать себе путь на свободу. От красивых, ровненьких ногтей не осталось и следа. Кое-где ногтевая пластина отодралась с корнем. Локти и плечи были все в жутких ссадинах.

Но от мысли, что каждая секунда на счету, во мне играло столько адреналина, что было плевать на любые раны. У меня всё заживет. А лишнее промедление для Акси могло привести к инвалидности, а то и к смерти.

— В медике не было смысла. Я сама знала, что делать.

А ещё адепт начал бы задавать вопросы. И как только мы бы дошли до связи Акселя с боевой ямой, его бы моментально отчислили из академии.

Мама поджала губы. Ей всё это очень не нравилось.

— Сначала ты сбежала из дома ночью, теперь это, — нервозность зазвучала в голосе, она вот-вот готова была расплакаться. — Что с тобой, Миранда? Если бы тут был отец…

Я подалась вперед и крепко-крепко обняла маму. Она замерла, еле сдерживая слезы. Мне и правда повезло, что папа уехал на неделю из-за работы. Иначе я бы не успела помочь Акси, пришлось бы слишком много объяснять.

— Мама, всё хорошо, —с усталостью зашептала я. — Со мной всё нормально. Мой друг просто попал в беду. Неужели мне нужно было его бросить? Вы же с папой сами меня учили не оценивать людей лишь по обложке. Так зачем ты судишь его раньше времени?

— Потому что, когда моя дочь приходит вся в крови, меня в последнюю очередь начинают интересовать её друзья, которые до этого довели!