Книга Дело 13. Проклятая ассистентка, страница 14 – Аманда Бард

«Агентство Анемона. Решения проблем нашего мира. И некоторых — не нашего».

Маша замерла, оттягивая неизбежное. Она сглотнула комок в горле и, собрав остатки смелости, неловко постучала костяшками пальцев.

Тишина.

Она постучала снова, чуть сильнее, её сердце забилось в унисон со стуком.

Снова никакой реакции. Паника, холодная и липкая, поднялась из живота к горлу. Остаться здесь одной, на этом жутком этаже? Или, что хуже, выйти обратно на улицу, где за каждым углом поджидал ужас?

Отчаяние придало ей сил. Она сжала кулак и принялась колотить в дверь что есть мочи, забыв обо всём, кроме животного страха быть брошенной здесь на произвол судьбы.

За дверьючто-то тяжёлое с грохотом опрокинулось, послышалось шлёпанье босых ног по полу, а затем раздался хриплый, пропитанный яростью и сном мужской голос:

— Да я щас тому, кто там... Охотиться на демонов — пожалуйста! Выносить мусор — без проблем! Но лишать человека последних двадцати минут сна, которые он вырвал у этого проклятого города... это...

Дверь с силой распахнулась, и перед Машей предстал молодой парень. Высокий, мускулистый, в помятой чёрной футболке и таких же мятых штанах. Его тёмные волосы торчали в разные стороны, а на лице застыла гримаса чистого, неподдельного недовольства. В его карих глазах плескалась такая буря раздражения, что Маша инстинктивно отшатнулась, наткнувшись спиной на холодные перила.

— Простите, — прошептала она, сжимая ремень рюкзака так, что костяшки пальцев побелели.

Парень, не переставая хмуриться, уставился на неё. Казалось, он прокручивал в голове кадры из какого-то своего кошмара, пытаясь опознать незваного гостя. Внезапно его лицо озарилось догадкой. Гнев сменился чем-то вроде делового раздражения.

— А, — коротко бросил он. — Это ты.

Прежде чем Маша успела что-то понять, он схватил её за лямку рюкзака и потащил внутрь, как провинившегося котёнка.

— Опоздала! — отчитал он её, волоком протаскивая через приёмную, заваленную стопками папок и странными приборами, напоминающими то ли медицинские инструменты, то ли орудия пыток. — Ясно? Не «на пять минут», а на целых полчаса! У нас тут график, понимаешь? Город сам себя не очистит!

Он усадил её с размаху на старый, потёртый стул перед огромным, заваленным хламом столом. Маша глупо моргала, пытаясь осмыслить происходящее. Он... ждал её? Они знали точное время её появления? Мысль о том, что её судьба была расписана в каком-то рабочем графике агентства по борьбе с нечистью, была одновременно нелепой и пугающей.

— Я... я зашла в кафе, — робко прошептала она, пытаясь оправдаться. — У лисички...

— «Я зашла в кафе у лисички!» — передразнил он её язвительным, гнусавым голосом, плюхаясь на потёртый кожаный диван в углу и снова закрывая глаза. — Прекрасно. Замечательно. А пока ты уплетала её дурманящие плюшки, в квартале Фонарных Столбов два призрака-собирателя довели до суицида водопроводчика. Благодаря тебе теперь его призрак бродит там же и плачет в трубы, затопивпол-улицы ледяными слезами. Если ты и дальше так будешь относиться к работе, то вылетишь отсюда с таким позором, что тебя только в уборщицы канализаций и возьмут. И поверь, — он приоткрыл один глаз, и его взгляд был ледяным, — наши канализации — это не то место, куда стоит совать свой любопытный носик.