Книга Строптивая в Академии. Практика истинной любви, страница 107 – Ольга Грибова

Увы, она не слушала.

— Уходи! Убирайся! — Грэйс перешла на крик, а потом вовсе начала звать на помощь: — Помогите! Убивают!

— Нам лучше уйти, — взяв за предплечье, Вэйд вытащил меня в коридор, пока в лазарет не сбежались смотрители.

Там я привалилась к стене и закрыла глаза. Помогла, называется. Сделала только хуже! О том, чтобы поговорить с Грэйс можно забыть. На диалог она явно не настроена.

В ушах еще стоял ее пропитанный ужасом крик. Вот так теперь будет? Все будут вопить и бросаться врассыпную при моем появлении? Впервые я осознала, насколько все плохо. Меня считают чудовищем! И самое паршивое, что они правы.

Не выдержав, я всхлипнула. И тут же ощутила ладони Вэйда на своих плечах. Но успокаивающее прикосновение сделало только хуже, оно напомнило, что и для парня я опасна. Чудо, что Морок до сих пор жив! Я ведь могла его уничтожить… При этой мысли безумно страшно стало уже мне.

— Что, если я и правда чудовище? —я открыла глаза и посмотрела на Вэйда. — Тот самый поглотитель, о котором они говорили. Как ты можешь быть со мной?

— Да плевать мне, кто ты, — пожал он плечами. — Пожиратель, уничтожитель, поглотитель… Все это просто неприятные слова. На самом деле ты добрая, заботливая и отзывчивая. Да, немного вспыльчивая, порой отчаянная, но точно не подлая. У меня была твоя душа-сателлит, помнишь? Я знаю тебя, Дия.

— Ты ошибаешься, — я приподняла рукав на правой руке и показала Вэйду иероглиф. — Он вырос. А это значит, Кати стала сильнее. Это и есть поглощение.

Мы вместе проследили куда теперь доходит иероглиф. Оказалось, что до локтя.

— Никому не показывай, — Вэйд сам одернул рукав на моей руке. — Мы с этим разберемся.

Он прижал меня к груди, и я не стала спорить. В объятиях Вэйда так легко поверить, что все наладится.

До визита гранта Арклея я больше не выходила из комнаты и не только потому, что слушалась приказа ректора. Сама не хотела. На меня навалилась апатия. Все стало неважно и безразлично. В том числе собственное будущее, которое никогда еще не было настолько туманным. Даже на улице я примерно знала, что меня ожидает. Сейчас же и предположить не бралась.

Оставшись одна, я сразу призвала Кати, но она не откликнулась. Впервые не явилась на призыв! Я бы испугалась, что вовсе лишилась сателлита, но иероглиф на моей руке свидетельствовал об обратном.

Пока я безрезультатно взывала к Кати, жизнь вокруг продолжалась. Трина принесла мне значок золотых крыльев. Меня признали победительницей в схватке с Грэйс, хоть я ее и толкнула. Но, похоже, желающих указать мне на нарушение правил не нашлось.

— Такой взлет, от хвоста сразу к золотым крыльям, — неуверенно похвалила Трина.

Подруга и та не определилась, как теперь ко мне относиться. Она положила значок на мою тумбочку, но я его проигнорировала. Носить знак отличия за то, что я сотворила с Грэйс? Я не настолько бессердечная.

— А Криса, кстати, наоборот понизили до хвоста, — сообщила Трина. — Говорят, это он донес на турнир и привел на арену смотрителей. Не смирился с тем, что его победу не признали.

— И что теперь, он не сможет окончить Академию? — вяло поинтересовалась я. Судьба Криса не особо меня волновала, я лишь поддерживала разговор.

— Скажешь тоже, — фыркнула Трина. — Он же из высшей знати. На его значок все закроют глаза. Но студенты его не простят. Теперь он изгой.