Книга Мы те, кто умрет, страница 221 – Стасия Старк

Золотая полукорона Брионы сияет на ее черной коже, она приближается ко мне с той непринужденной грацией, которая наверняка оборачивается стремительностью на арене.

Найрант указывает на мат.

— Сражайтесь.

— Подождите, — кричит Кейсо. — У них нет тренировочных мечей.

— Они не нужны, — говорит Найрант.

Бриона кивает мне, и я киваю в ответ, у меня пересыхает во рту.

Найрант выбрал подходящий момент — в зале нет ни одного империума, а Леон все еще борется за свою жизнь. По мнению Найранта я проявила к нему неуважение. Я не наделена силой, и мое выживание — в основном результат выдержки и удачи. Если я умру здесь, моя смерть по крайней мере послужит полезным уроком для других новобранцев.

Бриона делает выпад, и я поднимаю меч, чтобы отразить удар. Она быстрая, а ее широкие плечи и подтянутая верхняя часть тела говорят мне о том, насколько она сильная. Сильнее, чем можно было бы подумать по ее первому удару.

Она снова наносит удар, и я встречаю его, хмурясь, когда удар едва касается меня. Бриона бросается вперед, и я моргаю, когда она каким-то образом спотыкается о собственные ноги и врезается в меня.

— Будь любезна, сделай вид, что это по-настоящему, — шипит она и тут же устремляется прочь.

— Что с тобой сегодня? — рычит Найрант.

— Я плохо спала, — кричит Бриона, в ее глазах холод.

— Встань в конец шеренги.

Кивнув, она уступает место Бренину. Он бросается вперед, но его движение странно неловкое, и я бью его кулаком в живот. Он сгибается пополам, глубоко втягивая воздух, и если бы я захотела, могла бы прямо сейчас перерубить ему шею своим мечом.

Найрант медленно багровеет от ярости, а Бренин поворачивается спиной к империуму.

И одаривает меня едва заметной, загадочной ухмылкой.

— Волкеры сами напросились, — тихо говорит он. — Они были ядом.

Он продолжает спотыкаться, как неуклюжий олух, пока Найрант не заменяет его Гаретом.

— Ты спасла жизнь Мейве, — шепчет он, нанося удар кулаком. В последний момент он сдерживает его, и его костяшки лишь слегка задевают мою щеку. Я откидываю голову назад, драматично отступая, и его следующий выдох звучит как смешок.

К тому времени, когда Калена заменяет Гарета, Найрант бледнеет. Его губы сжаты в тонкую линию, взгляд ожесточается.

— Это был чертовски хороший бой, — непринужденно говорит Калена, явно не беспокоясь о том, что Найрант услышит. — Увидеть сына императора на коленях точно того стоило.

— Вон! — рычит Найрант, и она, улыбнувшись мне, неспешно удаляется.

Следующим выходит Кейсо. Несмотря на наше последнее столкновение, вампир сдерживает свою силу, замахиваясь мечом настолько медленно, что создается впечатление, будто на нем надеты подавляющие браслеты. Когда я сражаюсь с другими вампирами, они поступают так же.

Все продолжается в том же духе.

Если каждый новобранец и научился чему-то на арене, так это как устроить представление. К концу тренировки я вся в синяках, но кровь течет всего в нескольких местах. Измотана, но жива после восемнадцати сражений.

Найрант бросает на меня взгляд, полный презрения и обещания возмездия, и я напрягаюсь. Его сила трещит в воздухе, и мой сигил вспыхивает в ответ.

Нет. Меня охватывает паника.

Глубокий вдох. Глубокие, успокаивающие вдохи. Если сейчас вспыхнет щит Антигруса, я действительно умру.

Желваки играют на лице Найранта. Затем он поворачивается и выходит из тренировочного зала.