Книга Курорт графини-попаданки, страница 20 – Глория Эймс

— Клаус Гифрен де Бошан… — вытаращив глаза, произносит она.

— Отлично, всех помнишь, — чинно сообщаю я, делая вид, что проверяла ее. — Теперь можешь идти.

Горничная быстро-быстро кивает и стремительно сбегает подальше от ополоумевшей хозяйки.

Но я довольна результатами разговора. И знаю, с чего начать.

Ночь проходит в беспокойных размышлениях. Не могу ни спать, ни даже лежать. То и дело вскакиваю и начинаю ходить по комнате. Энергия бьет через край. Возможно, это молодое здоровое тело так реагирует на вселение новой души.

С рассветом чувствую прилив новых сил. Страх уступает место решимости. Подхожу к зеркалу и смотрю на свое отражение.

Передо мной стоит Арнелия де Бошан, но в ее глазах уже нет прежней беззаботности. Теперь там горит огонь. Огонь мести и надежды.

Горничная помогает надеть красивое платье для поездок в город, делает строгую прическу и закрепляет на волосах кокетливую шляпку.

Карета везет меня прочь из поместья, мимо быстро мелькают сперва рощи и холмы, затем дома. Всего полчаса езды — и мы в городе. Насколько успеваю увидеть из окна кареты, здесь довольно красиво. Напоминает дорогой курортный город. Но мне сейчас не до местных красот.

С едва сдерживаемым волнением выхожу из кареты и поднимаюсь по ступеням на крыльцо, где над дверью красуется табличка: «Мэтр Томэни, нотариус».

Вхожу, и меня сразу же проводят в дорого обставленный кабинет, где навстречу мне из-за стола суетливо поднимается пожилой мужчина в сюртуке и в очках.

— Ваше сиятельство! Как неожиданно, но тем не менее очень, очень рад, — рассыпается он в приветствиях, целуя мне руку и помогаясесть в кресло. — Что привело вас ко мне, да еще и в столь ранний час?

— Хочу составить важный документ, касающийся моей собственности, — светски улыбаюсь я.

Почему-то сразу чувствую к этому господину искреннее расположение, хотя прекрасно понимаю, чем продиктовано его радушие.

— Прежде всего должен напомнить важную деталь: любой составленный сейчас документ должен пройти одобрение вашего супруга, — говорит мэтр Томэни.

Вот, значит, какие у них законы! Новость ненадолго выбивает меня из колеи. Но я продолжаю держать уверенный вид и слушать мэтра.

— Если документ не противоречит его интересам, то все будет подписано в течение трех дней, — уточняет тот, испытующе глядя на меня поверх очков.

Мгновение колеблюсь, но затем память безошибочно подсказывает решение, которое уже однажды применили в истории. Все-таки полезно помнить несколько десятков исторических экскурсионных маршрутов и события, с ним связанные!

— О, я уверена, что не одобрить этот документ у него духу не хватит, — улыбаюсь я. — Приступим!

Я успеваю вернуться до того, как муж спускается к завтраку.

— Ты уже не спишь? — сев рядом со мной в столовой, он смотрит с подозрением.

— Разумеется, дорогой. Просто решила подышать свежим воздухом, прогуляться по саду, — невинно отвечаю я, зачерпывая ложечкой из креманки восхитительный творожный десерт. — Ты же знаешь, как я люблю раннее утро.

— С каких это пор? — хмыкает он.

— С тех самых, когда решила, что так можно успеть больше сделать за день, — мило улыбаюсь и беру поджаренный хлебец. — А ты что-то имеешь против, Клаус?

Краем глаза вижу, как подающий на стол лакей не может сдержать ухмылки. Да, госпожа порой будет чудить, пусть привыкают.