Книга Порочное трио для сводной, страница 28 – Полина Амор

Разворачивает меня к себе, мягко садит на стол, и я вижу в темных от страсти глазах какую-то невыносимую нежность. Сама тянусь от этого к его щеке и глажу по ней, ощущая чуть колющую щетину.

Он быстро сбрасывает с меня мою одежду, ставит в удобную ему позу, придвигая к себе ближе, и садится на колени на пол. Я могу поставить ноги на его спину, и просто принимать ласки. Принимать как он касается моих бедер кончиками пальцев, а губами приближается к самому сладкому и самому жаждущему его любви месту.

Я могу только распластаться на столе, пока он, уже стянув с меня белье, изучает языком каждую складочку. Хочу коснуться его головы, прижать к себе, но он неожиданно отвлекается от своего занятия.

— Коснешься меня или себя руками, и я уйду, — вдруг говорит он.

Быстро киваю, удивляясь тому, как резко стала слушаться.

Кажется, об этом он говорил «люблю томить». Томление именно так и можно назвать, то, что он со мной делает. Медленно, долго, с чувством он заставляет меня томиться в ожидании чего-то быстрее, жестче. Не имея права касаться ни его ни себя, я только хватаюсь за стол, сжимаю его края выдавая едва сдерживаемые стоны.

Он встаёт надо мной, касается лица невесомыми движениями.

— Я бы тебя связал, но ты еще не готова, — говорит он с легким сожалением в голосе. В миг подхватывает меня, и я успеваю, только схватится за его плечи. Как-то быстро двигает к себе стул и садится на него, сажая меня сверху.

Удивленно понимаю, что его член уже свободен и в полной боевой готовности. Макс быстро помогает мне насадиться на себя, но, когда я ощущаю его в себе, позволяет привыкнуть.

— Ты. Такой. Нежный, — только и могу сказать я.

— Это только сейчас, милая моя, — отвечает он и гладит меня по щеке. Начинает двигаться. — Правило прежнее, тебе нельзя меня касаться.

— Нахальство, — говорю я и теряю воздух, от того, как чувствую его глубже в себе. Наблюдает, внимательно изучает моё лицо и все эмоции на нем, когда погружается в меня. — Я так упаду.

— Ладно, разрешаю держаться, — киваетон и я хватаюсь за его плечи. — Но запрещаю говорить, — с этими словами он неожиданно задирает мою кофту и подносит её ко моему рту.

— Что? — не понимаю я.

— Прикуси.

Послушно хватаюсь зубами за собственную одежду и вижу на лице Макса победную улыбку. Теперь он видит мою небольшую грудь и тянется к ней губами, взяв в плен сосок и чуть его прикусив. Такое простое движение, вкупе с его членом в моем лоне вызывает во мне волну неистовых чувств. Я стону в подобие кляпа и запрокидываю голову назад. Не держалась бы за его плечи, точно упала бы.

Он начинает убыстрять движения. Хотя я сверху, я понимаю, что он тут властвует надо мной. Какое-то чувство полного подчинения и осознания, что моё положение сейчас говорит не о статусе, а о том, что хозяин хочет полюбоваться тем, как меняется моё лицо и подпрыгивает грудь. И я, понимая это, делаю всё, чтобы картина была еще красивее.

Мы занимаемся любовью. Не трахаемся, а медленно и нежно любим друг друга. В первую очередь он меня, а я уже стараюсь держаться и ловить ускользающее наслаждение.

Сладкая волна завершения подходит ко мне, я кричу, и кофта падает, неожиданно закрыв моё тело. Что-то недобро рыкнув, Макс сбрасывает её и выбрасывает. Я, вцепившись в плечи Макса просто обессилев сижу на нем пока он ловит свою порцию удовольствия.