Книга Дочь княжеская. Книга 4, страница 77 – Наталья Чернышева

— Сагранш — честный враг, — сказал сЧай. — Я знаю его хорошо… Можно сказать, всю жизнь мы пытаемся, и никак не можем друг друга одолеть. Привык уже к нему как-то, думаю, и он ко мне — тоже. Вот племянник его… Этого не знаю, в бою не видал. Но очевидно, зачем он едет. Они, скорее всего, попытаются к тебе присвататься.

— Присва… Что?! — Хрийз отстранилась, смотрела недоверчиво.

— Мир между государствами часто скрепляют браком, — пояснил сЧай, — это обычная практика. Похоже, в Потерянных Землях на первые роли выходит Рахсимодола… Зная Сагранша, не удивлён. Ты не замужем, племянник Сагранша неженат, — всё логично.

— Не пойду я за него замуж! — Хрийз окатило бешеным жаром, она даже на шаг отступила. — Да никогда в жизни…

— Может, он тебе понравится, — предположил сЧай. — Молодой…симпатичный…

— А может, это вы нашли себе девушку? — бросила Хрийз, не успев прикусить язык. — Молодую и симпатичную! Я ведь уродина обгоревшая, а она… Вот и пытаетесь спихнуть меня Рахcимам!

— Что такое? — невинно поинтересовался сЧай. — Я слышу ревность?

— Вы издеваетесь? — прямо спросила Хрийз.

— Нет, — сказал сЧай серьёзно. — Прости.

— Не прощу, — она отвернулась, уткнулась лбом в стекло.

Как всегда, после приступа ярости, всё тело начала бить крупная дрожь. Что это сейчас было? Он сказал такое… и так… почему?! Боль была — вдохнуть нормально не получалось. За что?!

— Прости, — сЧай приобнял её за плечи, Хрийз сердито дёрнулась, но он не отпустил её. — Глупая, дурная штука… сам не знаю, как вырвалась. Но я потерял тебя один раз. И очень боюсь… потерять снова. Боюсь, что ты вcё-таки… выберешь другого…

— Никогда, — сказала Хрийз яростно. — Ни за что!

— Прости, — повторил он ещё раз.

— Всё потому, что я теперь безобразно выгляжу? — горько спросила Хрийз. — Это так?

— Нет, — ответил сЧай. — Ты красивая…

— Красота в глазах смотрящего, — желчно отозвалась она. — А ещё красота — в словах льстеца. Говорите правду, я пойму, если услышу ложь. Я — обезображена? Долгим лежанием в коме, погребальным костром, бог знает чем ещё. Это — так.

— Нет, — сразу сказал сЧай, не отводя взгляда.

Наверное, именно так выглядит «истинный взор» изнутри. Магическое зрение, не оставляющее шансов кому-либо утаить правду или погрешить в ответе против истины, неожиданно впервые причинило боль. Не привычную уже боль искалеченного тела, которую Хрийз научилась, стиснув зубы, задвигать на задворки сознания, а вдвойне страшную боль души. Которую не известно, какой магией и какими зельями глушить.

— Тогда что со мной не так?

сЧай тихо вздохнул, прикрыл глаза, потом сказал твёрдо:

— Всё так, ваша светлость. Как надо.

— А вот эта стена стеклянная сейчас между нами, — тоже как надо? — спросила она.

— Нет, — ответил он. — Но её, кажется, строишь ты.

— Это я сейчас сказала про племянника вашего врага? — изумилась Хрийз.

— Это ты сейчас накручиваешь сама себя, — объяснил сЧай. — Не делай так.

Хрийз отвернулась. Выдохнула. Заговорила лихорадочно, ломая пальцы:

— Со мной что-то происходит, что-то страшное. Я какая-то как не я вовсе! Авы все молчите, вы что-то знаете… и в зеркало мне смотреться запретили… значит, что-то во мне не так, выгляжу страшно и… и… и что-то ещё… сЧай, пожалуйста! Хоть вы от меня ничего не скрывайте! Я должна, должна знать! Что со мной не так. А что-то не так, я знаю, я чувствую!