Онлайн книга «Роза для навигатора»
|
Жизнь наша. Сегодня ты, завтра я. Простор безжалостен, время неумолимо. Коум! Прыжок сквозь время, но не простой, а множественный, по петле Син-Суманео, и с добавочкой от меня лично. Если принцип множественности применять не только к дампам, но вообще ко всему, что используешь на вылета, получается термояд. Атака в прошлом, атака в будущем, уход от вражеской атаки — по петле вниз от базового времени, по горке — вверх, и обратно. Самоубийственно для простого навигатора. Для меня… Нет, не семечки. Но вполнереально. Доля моих коллег тоже, зря, что ли, мы тренировались как звери последние дни именно по коллективным решениям. Есть второй пояс защиты! Точнее, нету. Раздавлен, смят, разрушен. Мы подошли непосредственно к вневременному пузырю, в котором скрывался дом Сиренгео. Да-а… Небольшая планета — переделанный под условия комфортной жизни астероид размером с Луну на самом деле — плыла в жемчужном коконе сквозь безбрежный космос. Гигантские цветы на полюсах… я узнала работу лучших мастеров планетарного ландшафта. Фокус в том, что биосфера строится с нуля: выращивается особый лес, который лесом-то назвать сложно… Да, деревья, но ограниченно разумны, вроде как собаки, например, только сложнее. Это и защита, и ресурс для жизни одновременно. А поскольку на такой корневой системе деревья вырастают просто огромными, то в период цветения планета превращается в усыпанный соцветиями шарик. От полюсов до экватора. Из космоса выглядит обалденно. Где-то там, под хрупкой и нежной красотой, скрываются все, поддерживающие жизнь, механизмы, заводы, производства. Планетоид полностью автономен, не зависит от поставок извне — надо думать, ведь приходится дрейфовать в межвременье годами и десятилетиями… Надёжная база, схрон, убежище, называйте как хотите. Даже жаль было вламываться грубой силой… Планету жаль, Сиренгео — ни капельки. Каким бы гением тот ни был. — Навигаторам корабль не покидать! Разумеется. Учёная уже. Но на всякий случай со мной осталась Кев. Я обозлилась, но проглотила. Потом подумала немного, и поняла, что дело не в недоверии ко мне, однажды оступившейся, а в том, что навигатору нужна защита. И сейчас нет нужды бросать все силы на штурм, бойцов для штурма хватает с головой. Потому что кораблей не семь, а тридцать два, полная синтагма. И на внешних рубежах дежурят ещё. Сиренгео недооценил мощь, которую Федерация собиралась бросить против него. И проиграл. Назад мы возвращались с триумфом, как победители. Нас и встречали, как победителей. Минута славы. Брас Типаэск сказал, что меня представили к награде. — За что? — искренне изумилась я. — За то, что я нарушила приказ и покинула корабль во время операции в хронопласте двадцать первого века?! — Маршав, вы слишком самокритичны, — сказал Типаэск, усмехаясь. — В целом, качество неплохое,но постоянное самоедство — уже перебор. Вы рисковали собой, вы внесли немалый вклад в расследование, вы изобрели новый боевой приём — процедуру множественного ментального дампа как способ нападения, и вы после этого считаете себя недостойной награды? Не вздумайте отказаться. Во-первых, вас не услышат. Во-вторых, не поймут. В-третьих, не считайте вышестоящее командование идиотами. Им виднее, кого награждать и за что. Не поспоришь. Я и не стала. Скромность и доблесть — достойные черты любого воина, но умение принимать награды — ничуть не хуже. Даже если считаешь, что не заслужила. |