Онлайн книга «Тайны темной осени»
|
Но баллончик в кармане всё равно держала. Он успокаивал. За окном стремительно светлело, а потом вдруг вывалилось красное солнце, облило купе ярким светом. Солнце! Я его месяц не видела, не меньше, всё дожди да дожди, да повисшая над Питером осенняя хмарь. Теперь я поняла, что в мире ещё остались яркие краски. Пронзительный синий купол неба. Леса в золотых и алых одеждах осени. Ослепительно белые домики полустанков, проносящиеся мимо. Разноцветные машины, выстроившиеся в ряд на переездах. Хотелось смотреть и смотреть на это бесконечно. Похоронов уткнулся в свой ноут, надел наушники. Не стала мешать ему работать, вышла в коридор. Долго стояла, держась за поручень, поезд петлял, поворачивая то вправо, — и тогда я могла видеть длиннющий хвост в цветах РЖД, то влево — и тогда я не видела ничего. Семафоры подмигивали мне синим глазом. А потом поезд с размаху влетел в туман. Всё заволокло серым и чёрным, не сталосолнца, не стало леса, не стало дороги. Стало неуютно и немного страшно, а ну как машинист не увидит что-нибудь… внезапно разверзшуюся на дороге пропасть! — и полетим мы вниз, складываясь по дороге, как неудачно выстроенный конструктор лего. Бр-р, дурные мысли. Я отлипла от окна, всё равно там не на что было смотреть. И внезапно увидела Бегемота. Мэйн-кун сидел прямо в проходе, обвившись хвостом, и смотрел на меня внимательно и строго. Кисточки на больших ушах обмякли и слегка поникли, как у рыси в почтенном возрасте. Но я ведь и не знала, сколько этому коту лет! Может, тоже уже… в возрасте. В почтенном. Учесть особенно, что он вообще умер! Сама видела. Видела сама… Спина мгновенно взлипла едким потом. Да что же такое, я схожу с ума?! Бегемот поднялся одним слитным движением, встал рядом, положил лапищи на стекло, словно тоже хотел посмотреть в окно. От него слабо пахло больницей, туманом, сырым промозглым летом с залива, а в не по-кошачьему чёрных глазах стыла почти человеческая тоска. Я решилась. Протянула руку, осторожно, готовясь тут же отдёрнуть её, коснулась кошачьего затылка, — шерсть оказалась шелковистой на ощупь, и да, слегка влажной, словно зверь и вправду долго гулял в тумане. Погладила, потрепала уши…. Пальцы не прошли насквозь, кот не был призраком. Вполне материальный. Но как, как скажите мне на милость, как он мог остаться в живых?! Он же умер, я же видела сама! — Ты, наверное, всё-таки совсем другой кот, — сказала я тряским от страха голосом. Бегемот зевнул, показав клыки. Рана на боку… я на неё глаз намозолила, пока обрабатывала, следуя советам ветврача по телефону, потом, когда навещала в клинике, и потом уже… когда уже всё. Нет, Бегемот был тот же самый! — Ты воскрес? — продолжала я допытываться. — Как?! Он плавно отвернул голову, уходя из-под моей руки. И пошёл, пошёл по коридору, оставляя после себя влажные следы. Потом, у двери в тамбур, встряхнулся, оглянулся на меня через плечо, просочился в полуоткрытую дверь и пропал. Я отмерла — дурацкая моя реакция на стресс, из-за которой превращаюсь в неизменный соляный столб, когда прыгать надо! Кинулась следом. Но в тамбуре не оказалось никого, и все двери запечатаны были наглухо. Приплыли, Римма. Я отёрла испарину со лба. Приплыли, дорогая. Галлюцинации. Какбы вместо помощи сестре, самой не оказаться в сочинской дурке! |