Книга В болезни и здравии, Дракон, страница 35 – Хель Сорго

И я осмелилась лишь на один, прерванный недавно вопрос, зачем-то отступая в полосу солнечного света, отбрасываемого от окна, будто это могло хотя бы чуточку меня поддержать:

— Люциар, а вы уверены, что ваша жена мертва?

— Почему ты спрашиваешь? — в голос его всё-таки просочился гнев.

Сначала ссора с Ранэлем,затем известие об исчезнувшем клинке, после девочка, назвавшая папой и в страхе покинувшая его, а теперь это.

Но я не смогла смолчать:

— Я почти уверена, что видела её у той комнаты с Ранэлем сегодня ночью.

Лорд долго молчал.

Я смотрела на него, находясь в полосе света, словно сквозь белую сверкающую вуаль, тогда как сам Люциар всё больше погружался в объятия сгущающихся теней.

— Ступай, проследи за девочкой, — от его тихого, на этот раз бархатного и ровного голоса я мелко вздрогнула. — Я должен подумать обо всём… Иди, Аделин, чувствуй себя, как дома и ничего не бойся. Одно только попрошу, тебе ведь лгать мне, нет надобности.

Я, уже отойдя к двери, обернулась, помедлив:

— Да? Что угодно.

— Подойди.

Я шагнула за полосу света, ожидая, что окажусь в тёмной части комнаты, но на деле вышло, что тьма вокруг Люциара была лишь обманом зрения.

Лорд выглядел спокойным и уставшим, но в небрежном и уверенном движении руки всё равно прослеживалась сдержанная сила. Он указал мне на тумбу.

— Открой шкафчик, возьми чернильницу, перо, пергамент и печать. Ту, что с бриллиантовым тяжёлым набалдашником.

Их в небольшом деревянном ящичке оказалось несколько, я выбрала самую массивную печать и расположила всё на тумбе, хмурясь от нехорошей догадки.

— Лорд… — волнение вновь подкралось ко мне, было очень жаль огорчать Люциара. — Если мы говорим, допустим, на понятном мне языке или это как-то автоматически происходит из-за магии… То писать мне, как?

Он устало потёр переносицу и вздохнул.

— Ты права… Письму иномирных людей приходится обучать. Я хотел отправить послание королю с требованием, чтобы он явился в мой замок. Уж лично бы, тем более, пока я в столь плачевном состоянии, он должен ответить мне на вопросы. Не верю, что стал бы юлить и бояться, не поднимусь ведь я и не убью его сейчас, видят боги… Но мне нужно было, чтобы Ранэль не узнал об этом. И прислуга не знала, ведь может выдать меня. Вдруг… — он отвернулся, словно был смысл отводить в сторону незрячий взгляд… — может, всё-таки король не состоит с моим другом ни в каком сговоре. И не жену ты видела мою, а кого-то другого.

Он ничего не мог сделать. В любом случае, ничего. Я прекрасно это понимала и видела, как лорда убивает осознание своей беспомощности и насколько же он просто жаждет правды и ответов.

Возможно — и эта мысль уже вселила надежду в меня — из-за девочки.

Что, если бы не Лора, то лорд бы и вовсе не стал ничего узнавать, поддавшись бессмысленности своих действий, предчувствуя скорую гибель?

А теперь…

Да и в его гибель лично я верить не желала.

— Вы чувствуете свои ноги? — спросила тихо.

Он бы мог умирать, думаю, будь повреждён позвоночник и внутренние органы. Удар, как поняла, пришёлся ему в грудь… Но Люциар — не человек. И даже рана его сейчас выглядела, пусть и как страшный, но всего лишь шрам. И глаза за белой пеленой тумана, но целы. Всего-то след от пореза рассекал пол его лица…

— Немного, — отозвался Люциар после повисшего в воздухе недоумённогомолчания.