Онлайн книга «В болезни и здравии, Дракон»
|
За дверью оказалась примерочная с большим зеркалом и вешалкой с синим, пышным платьем, которое шили будто бы на меня. Рядом стояли аккуратные, простые на вид, но очень удобные туфли. На круглом белом столике лежала заколка-гребень из белого золота и из него же колье, украшенное прозрачными, будто чистейший лёд, кристаллами. Никогда не видела себя… такой. Но отчего-то у зеркала стояла долго, будто то, что впервые казалась самой себе красивой, заставляло испытывать смущение перед лордом. Однако когда музыка снаружи сделалась громче, сдержаться и не выйти я не смогла. Это была моя лучшая зима. Теперь я знала наверняка — лучшая зима из всех… *** Лора. Дети обычно не участвуют в празднике зимы вместе со взрослыми. Детей принято прятать от глаз этой поры, как можно дольше. Это потом, под конец торжества, разве что, можно выйти к столу, погреться у праздничного костра или камина, посмотреть, как падает, но не тает снег, кружась вокруг танцующих свечей. Но Лора проснулась не потому, что уже можно было выходить… Её разбудил странный шум, чьи-то шаги, приглушённые голоса. Новые их слуги? Нет, те не были бы в такой час в этом крыле замка, им запрещено… Таи? Тоже не похоже, её голос Лоре хорошо знаком. Она поспешила соскользнуть с постели и, поддаваясь неясному испугу, спряталась под кроватью, чтобы, притаившись, настороженным взглядом наблюдать за яркой от света щелью под дверью. И чьей-то тени, что за дверью этой замерла. — Думаю, девочка там, — донёсся до Лоры мужской незнакомый голос. И женский. Очень знакомый… — Проверь, — произнесла и посторонилась (тень двинулась в сторону) её мать. Глава 24.1 Лора помнила ещё с прошлых своих злоключений — ищут детей в первую очередь под кроватью и в шкафах. И не зря, она вот спряталась именно там… Времени перебираться за штору, или за дверь, или куда-нибудь ещё не было. В комнату вошло двое молодых мужчин в форме королевских стражников. И она — Элиза Эмблер. Её мама… Лора с трудом подавила в себе порыв выбежать к ней навстречу, обнять, уткнувшись в неё заплаканным лицом, выкрикнуть звонкое и долгожданное: мамочка! Но девочка всё понимала. Абсолютно всё. Как и то, что матерью называться предательницы не могут. За редким-редким исключением, когда пытаются исправиться. В случае Элизы всё было не так — она пыталась исправить свою «ошибку». Точнее, избавиться от неё… — Убить, — коротко приказала она без какого-либо окраса голоса. И Лора вздрогнула, когда остриё меча пробило насквозь кровать и лезвие выскользнуло рядом с её лицом. Видимо, когда спрыгнула с постели, одеяло легло на подушку и со стороны казалось, будто девочка всё ещё лежит там. — Обыскать комнату! — нервничая уже куда сильнее, воскликнула Элиза. Теперь Лора будет мыслить о ней — решила она — лишь как об некой Элизе, а не о маме… Даже если нервничать молодая женщина начала из-за того, что уничтожить собственного ребёнка, какой бы решительной ни была, так или иначе, тяжело. Прятаться под кроватью больше нельзя. Но Лора не успела выбежать первой — укрытие её перевернул один из стражников, молодой на вид мужественный и светловолосый парень. Лора вскочила на ноги и оказалась с ним лицом к лицу. Оба замерли, отражаясь в глазах друг друга. — Давай же, скорее! — приказала Элиза. Она стояла в багровом, расшитом золотом бархатном платье в пол, с длинными бронзовыми волосами, заплетёнными в два колоска, и старалась не смотреть на дочь, отводя в сторону тёмный взгляд. |