Книга Попаданка. Хроники Буйных лугов, страница 28 – Елена Саринова

- Высший поварской совет гномов мою грамоту вчера отобрал, - так он пробубнил тогда, хмуро отвернувшись в поднебесную даль.

А я подумала, что даже при уважительной причине на то, в Буйных лугах обязательно найдется работа для этого эмоционального чело… гнома. Он мне почему-то сразу понравился.

Теперь же светловолосый и коренастый Ихдиран из рода Траугрров, сомкнув руки за широкой спиной, расхаживал по нашей кухне и оглядывал ее с усердием таможенника, выискивающего контрабандный товар. Мы с управительницей, сидя за чистеньким узким столом с чашками чая, внимательно за этим процессом следили. Долго уже, кстати! Наконец, мужчина резко развернулся от приоткрытого им же духового шкафа плиты:

- Я специалист без разрешения на работу. Вы ведь это поняли, донья Дюран? – сказал он даже с каким-то апломбом. И это была новая гномья эмоция вразрез с его прежними мрачностью и отстраненностью.

Я, подозревая приближающееся откровение, как можно медленнее и тоже важно кивнула:

- Несомненно, господин Ихдиран.

Гном вскинул, не смотря на блондинистость, свои густые кустистые брови:

- Кх-ху… У нас железная поварская система, донья и госпожа. Еще пять столетий назад скрупулезное соблюдение рецептуры было вопросом жизни всех гномов. Почти все ингредиенты добывались глубоко в горах и выращивались в особых условиях. Подземные лишайники, мох, грибы, мясо ездовых жилдунов,жрущих всё без разбора. Мы выживали. Но, теперь то… - гном, сдвинув брови, вновь замолчал. – Теперь все стало гораздо проще. Налажен обмен товарами и хлеб мы печем не из перетертого лишайника как прежде, а из злаков центральных адранатских земель. И грибы можно использовать те, что растут под солнышком по лесам, а не прежние глубинные ядовитые, что приходилось сначала трое суток вымачивать в специальном растворе, а потом еще час варить. Жизнь изменилась. Но, не для всех. Наш Высший поварской совет по-прежнему отслеживает строгую рецептуру во всем! Такой у них девиз по работе. А если ты, например, задумал в рецепте марципановых булок поменять пол стакана молока на столько же сливок, подавай письменное прошение и жди! Несколько месяцев. Год!

- А сколько вы, господин Ихдиран, ждали? – вклинилась в гномье повествование я.

Тот на миг замер, внимательно буравя нас с Фией глазами:

- Что уж там? Зовите меня, донья и госпожа, просто Диром. Я и раньше господином то не был. Мастером был с положенной именной медной киркой.

И потому как мужчина с досадой и грустью скосился на приткнутый к кафельной стене мешок, я отчетливо поняла: именной медной кирки там нет. Отобрали, сволочи консервативные, сами мхом своим глубинным поросшие.

- Дир, - выдохнули мы одновременно с Фией.

Ей, похоже, рассказ гнома, как и мне не показался слишком пафосным или скучным. Гном в это время продолжил:

- За использование неутвержденного рецепта конфет, донья…

- Тимьяна. Зовите меня доньей Тимьяной.

- А меня просто Фией, - брякнула рядом за столом чайная чашка о блюдце.

Мужчина в ответ удивленно кивнул и неожиданно улыбнулся:

- Хорошо. Спасибо. Хорошо.

- А что за конфеты?

- Из сыра. Из сыра на козьем молоке, донья Тимьяна.

- Из чего? – едва не поперхнулась я.

И в голове вмиг понеслась складываться из ярких зарисовок картинка: фрии, деньги, сорта сыра, а ведь рецепты сырных конфет я тоже когда-то с усердием изучала. При любви Егора ко всем сырам это вполне логично.