Книга Мир оранжевой акварелью, страница 77 – Елена Саринова

— Тогда семафорь их на «Дихус»! Живо!

Следующая пара минут прошла в напряженном молчании. Капитан, вцепившись рукой в перила, смотрел на далекий бой. Яков туда же, забыв про трубу. Сусанна вообще, плюнув, ушла. Мы с Дахи так и стояли, прижавшись друг к другу. А потом жизнь, вдруг, «взорвалась» голосами:

— Капитан! С «Дихуса» отвечают, что рассмотрят все тщательно, но не сейчас! И вас приглашают завтра! На ужин!

— Хе-х, дошло послание! — зло ощерился боцман.

— Да что значит, «завтра»? Нас это не устраивает, — развернулся тот к штурвалу, и я увидела в капитанских глазах прежде незнакомый азарт. — Яков, готовь «Летунью» к… близкому контакту с ответчиком. Первая часть процедуры окончена.

— Слушаюсь, капитан! Команде готовиться к бою! Курс — на сближение с кораблем противника! Оружейные наряды — к пушкам! Остальные — по местам!

— Зоя, мне вас самому отсюда в каюту тащить?.. И ребенка с собой прихватите.

— Слушаюсь, капитан! — мигом сдуло нас обоих вниз по ступеням…

Бригантину трясло, кидало и раскачивало. Все «радости» вместе. А пороховой дым закрывал и без того скудный обзор из окна. А еще — громкие требовательные голоса. В основном, один. Сверху — с капитанского мостика. Я задрала голову к потолку и постаралась вообразить… его. Стоящего сейчас, расставив ноги… В этот миг нас вновь сильно тряхнуло:

— Мама моя.

— Это — нормально, монна Зоя.

— А ты что, бывалый вояка?

— Кто? — замер Дахи с яблоком у рта. И с ожесточением его откусил. — Я по запау опэдэау: дыом сизу нэ нэсот. А эо гавное… Вот.

— По запаху дыма? — прищурилась я на половые доски. И на всякий случай, подтянула ноги на койку. — Значит, пока не горим… И не трещим. Но, как же всё долго.

— И ничего не долго. Да вы не бойтесь. Корвет капитана Шороха — сторожевой корабль. А «Летунья» — быстроходная бригантина. И более вёрткая. Наверняка она «Дихус» сейчас зажала между собой и фелюгой, а уйти те быстро не смогут, как мы, если что. И им приходится «работать» на два борта сразу. А там матросы ленивые, хоть и наглые, как навозные мухи. Да только они привыкли со слабыми в бою сходиться. А наш капитан — не такой.

— «Наш капитан»? — усмехнувшись, почесала я нос. — И давно он и твоим тоже стал? Ты же собирался просто «подальше слинять»?

— Ага, — хлопнул глазищами Дахи. — Да только я передумал, монна Зоя: я теперь к нему в команду буду очень сильно проситься. На «Летунью». Такая жизнь — по мне. А что? — и с дерзким детским вызовом уставился на меня.

— Да ничего, — невольно я засмеялась. — Желаю удачи и знаешь…

— Что, монна Зоя?.. Монна Зоя?

— Тише, Дахи… Ты слышишь?

— Не-ет, — растерянно открыл рот малец.

— Вот и я тоже… ничего больше не слышу. И трясти нас прекратило, — уставились мы теперь друг на друга. — Я — на палубу.

— Я — с вами! — и оба через пару секунд высунулись за дверь.

По распахнутому настежь коридору привольно гулял теплый ветер вперемешку с кислым пороховым дымом. А на самой палубе были слышны голоса и мелькали в огненных всполохах быстрые силуэты. Всполохах?.. Через миг меня уже вынесло наружу. И сзади припечатало шустро подоспевшим мальцом.

Горела не наша бригантина. Догорала маленькая низкобортая фелюга в десятке ярдов от нас. Полыхающий огонь высвечивал оконные квадраты ее нижних кают и жадно дожевывал летящие прочь клочья косых парусов, но там еще бегали какие-то люди. Хотя, в воде, совсем рядом, качалось множество голов. Тех, кто, воспользовавшись подмогой, смог спастись. А прямо от нас, сильно накренившись на левый бок, уходил корвет «Дихус».