Книга Трусливая Я и решительный Боха, страница 67 – Елена Саринова

Он говорил и говорил. Перевыполнял месячный план по количеству сложных предложений. А я тихонько ехала и думала. И, во-первых, «придумала» безусловную уверенность Хонзы в том, что путь наш совершенно безопасен. Во-вторых, почему бы тарам горным не попрыгать по отвесным скалам именно сейчас? А, в-третьих, за каким эпическим рожном этот туман? Нет, не климатическим (с повышенной влажностью, отсутствием прямых лучей и т.п.), а легендарным. Смысл каков?

- Хонза, а ведь ты не ответил! – я голос Игнаса не узнала сразу. Какой-то он далекий и глухой. Но, адресат расслышал:

- О чем?.. О назначении тумана тут? Он охраняет.

- И как именно? – вкрадчиво пролепетал мой секретарь. – И от кого?

- Мы всё это не узнаем, потому что следуем по Ущелью брата с добром и миром.

- Так значит, это правда, - склонилась в мою сторону Бозена. И я только рот открыла для истеричного, то есть, справедливого требования полноценного ответа, как она тихо продолжила. – Духи умерших здесь на охране. От этого у их жилья и место подобное. Мне когда-то давно дядя в нетрезвом виде рассказывал. Он ездилсюда. Правда раз всего, но очень впечатлился.

Чень кудлатый! Салюты всем богам, туманные полторы верши закончились. Мы выехали на открытое, но, как и прежде сумрачное место. С правой стороны все так же угнетающе нависала одна из трех Сестер. Слева, на пологом склоне еще пожухлого холма, проглядывалось нагромождение каменных домиков с плоскими крышами и одинокими темными оконцами. Некоторые из них изгоями торчали на отшибе, другие соединялись меж собой крутыми лестницами. Кое-где рыжими пятнами мха среди сухостоя выделялись каменные глыбы низких заборов. Вот если заранее не знать, что это, возможно было бы подумать, что деревня. Довольно хаотичная и тихо неживая. Хотя… Она такой и есть.

Хонза, окончательно исчерпав себя в ораторстве, не произнес ни слова больше. Однако, по примеру его вороного, наши кони неожиданно прибавили скорость. А, обогнув Лебулту по подножию холма, и вовсе перешли на рысь. Так продолжалось минут пятнадцать. Не знаю, оглядывался ли кто-нибудь из отряда, скачущий за мной, но я ни разу. И, не потому что так боялась… Да кому я вру?.. Но, и забыть хотелось тоже. Возможность подобная предоставилась с лихвой.

Еще минут через пятнадцать мы вместе с дорогой вильнули влево за остров из гигантских валунов и мир, вдруг, изменился. Открывшаяся перспектива поразила своими поднебесными просторами, изгибами бегущей меж камней реки и солнцем. Солнца здесь было столько, что снег растаял и ушел под землю, на скорый рост вдохновив зеленую траву. Она уже повсеместно радовала взгляд. И если приглядеться еще усердней, расцвечивалась меленькими желтыми и белыми цветами. Вот именно поэтому Миндагли я сразу не увидела. Большое вытянутое поселение в низине между гор с огородами и садами по краям. Еще скучновато голыми, но в них уже повсеместно копошились люди. Из труб в аккуратных белых домах, опоясанных балконами, дружно шел дым. На изгибе реки, пощипывая свежую траву, паслись стреноженные кони. А в нашу сторону по тесной главной улице шла пёстрая делегация встречающих.

- Откуда? – непроизвольно вырвалось из меня, подразумевая вопросительную готовность местных к встрече.

Павлина, едущая передо мной, по-девичьи восторженно выдохнула. А я получила дружественный тычок в бок от Бозены: