Книга Танго с ненавистным капитаном, страница 119 – Мария Лунёва

Насколько хватит терпения мужчин, и что делать, если оно закончится, а Беллу мы так и не найдём?

Я начинала медленно впадать в отчаяние.

— Ками, ты бы взяла еды и пошла отдыхать, — предложил Маэр. — Мы выбрались. Дальше будем строить маршрут на Ксайрос. Иди и расслабься уже.

Кивнув, я поднялась и, ни на кого не смотря, отправилась в сторону столовой. Проходя мимо медицинской каюты, невольно заглянула и приподняла бровь.

Как там всё, однако.

Видимо, Ясмин решила подлечить подбитый глаз Миришу, но в итоге процедуры грозили ей, и ой какие жаркие. Целуя девушку, наш черони уже проворно выдергивал её заправленную футболку из штанов, помогая себе двумя руками.

Хмыкнув, яна цыпочках прошла дальше. Ну чтобы меня не услышали и не вздумали прерваться.

Какие всё-таки все здесь шустрые.

Добравшись до пищевого автомата, поняла, что аппетит пропал. В меня сейчас и белковый бульон не полезет.

Страх накатывал волнами, медленно вгоняя в панику.

Я боялась, что мы не успеем найти Беллу. Что сестра сгинет, и я никогда больше её не увижу. Она ведь связывалась со мной, верила, что я выручу её...

Только вот я ощущала себя такой беспомощной, что к глазам подступали слёзы.

Так и не взяв еды, я вернулась в каюту и, сев на узкую кровать, уставилась на стену напротив. Мысли потоком шли в голове, но я не цеплялась ни за одну. Мне было страшно. Я словно осознала, что могу потерять сестру навсегда, что это наше путешествие может завершиться совсем не счастливым концом, что в сказках всегда все живут долго и счастливо, а в жизни бывает по-другому. У меня руки тряслись. А я всё сидела, не шевелясь, и смотрела в стену. Как я жить дальше буду, зная, что не отговорила сестру? Как папе скажу, что не справилась и не спасла её? Закрыв глаза, почувствовала, как по щеке стекают слёзы. А в душе такая пустота...... Часы на табло над дверью медленно отмеряли минуты, потом часы. А я всё таращилась на серую обшивку в некотором шоке. Белла дважды была так близко, но мы не успевали. Она ускользала от нас раз за разом. И теперь мне было просто жутко лететь на этот Ксайрос. Если там не выгорит, то захочет ли Маэр продолжать? Этот вопрос терзал больше всего. У него же должность высокая. Не вернётся вовремя, и будут проблемы. Он может потерять работу. И ради чего? Призрачной надежды вернуть девушку, затерявшуюся на чёрных станциях. Шмыгнув носом, я растерла лицо. Слёзы давно высохли. Я, казалось, вообще чувствовать не могла. Сидела в каком-то ступоре и пошевелиться боялась. А душу грызли вопросы. Не выдержав, поднялась и пошла к двери. Но, опомнившись, взглянула на время: час ночи по корабельному. Да он спит уже давно. Все отдыхают, одна я терзаюсь. Поджав губы, вернулась к кровати и проверила пропущенные звонки: один от Астры, два от мамы, пять от Петунии. И ни одного от Беллы. Я понимала, что это полная наивность — продолжать ждать от неё сообщения, но я ждала. Это окончательно добило меня морально. Я всё же кинулась к двери и вышла в коридор. На мостике должен быть хоть кто-нибудь. Просто поговорить, спросить, узнать планы. Ведь разговаривают они между собой. И сегодня не просто так меня с мостика убрали. Да, я хваталась за соломинку, но ничего с собой поделать не могла. — Ками? — вдруг раздалось за спиной. Обернувшись, я уставилась на того, кто занимал все мои мысли весь вечер. — Маэр, ты не спишь? — Нет, дежурю. А ты так и не прочитала график? Поджав губы, покачала головой. — И что же ты здесь бродишь? — он приподнял бровь, вглядываясьв моё лицо. — Что случилось? Я открыла рот и поняла, что просто ничего не могу произнести. Снова этот ступор. Стояла и смотрела на него, не мигая. — Пойдём, — он мягко обнял меня за плечи и повёл на мостик. — Не нравятся мне твои глаза. Они красные, Камелия. Так что рассказывай, что опять стряслось. Он довёл меня до кресла пилота и усадил в него, сам присел рядом на корточки. Я снова открыла рот, но лишь хлопнула губами. — Угу, — протянув руку, он взял со своего стола пластиковый стакан и протянул мне. — Кофе, ваше земное. Выпей и успокойся. Я послушно сделала глоток, горячий и горький. Поморщившись, отпила ещё и вернула стакан. — А теперь говори, чего тебе ночью не спится. — Пообещай, что ты будешь искать до конца, — выдавила из себя. — Ками, ну... Он всплеснул руками, и такая реакция мне совсем не понравилась. Я вскочила и заметалась по мостику. — Маэр, пообещай, что вы не бросите всё, что если не получится на Ксайросе, то мы летим дальше. Пообещай! — Камелия, успокойся, — он поднялся и сделал шаг ко мне. — Мы летим на эту станцию. Выстроили маршрут. — Нет, ты мне пообещай, что никто не развернёт этот клипер в сторону дома! Я понимала, что нервы сдают, но остановиться уже не могла. — Угомонись, обстоятельства сейчас таковы... — Маэр! — я кинулась на него. — Какие обстоятельства? Меня несло, так несло... — Камелия! — он поймал меня за руку. — Выпей успокоительного и спи. Тебе нужно отдохнуть... — Какие обстоятельства, говори! — я ударила его свободной рукой по груди. — Говори сейчас же! Я знаю, что ты из-за женщины и пальцем не пошевелишь. Мы для тебя что — мусор, но она — моя сестра! Она — моя сестра! И я не смогу её бросить, не смогу! Я снова ударила его кулаком по груди. — Камелия! — он рычал. — Говори! Я знаю, что тебе на неё плевать, на меня плевать... — Да замолчи ты! Он обхватил меня за талию и, рывком подняв, прижал к стене. Моргнув, я вцепилась в его плечо и замерла. Взгляд... Он смотрел на меня как-то дико, невменяемо. Я дёрнулась, и его губы резко завладели моими. Ступор. Поцелуй оказался столь неожиданным, что я могла лишь слышать своё сердце, отбивающее дробь в ушах. Маэр прижимался ко мне. Его губы, такие неожиданно тёплые и сухие, яростно сминали мои. Вздрогнув всем телом, я, не осознавая, что творю, ответила ему. Ладонь скользнула в мягкие длинныеволосы орша. И я отозвалась с той же страстью. Мой язык сплетался с его в странной игре. Его руки шарили по моему телу, сжимая, лаская, изучая. Я отвечала тем же, выдёргивала его футболку из штанов, задирая ткань и изучая его мускулы, проверяя их на твёрдость... Резкий сигнал врезался в сознание. Отпрянув, я ошалело уставилась на потрясённого орша. Казалось, он и сам мало верил в то, что сейчас произошло. Снова сигнал и трескучий голос: «Маэр дар орш Свер, запрос о продлении вашего отпуска одобрен». Моргнув, я выдохнула. Внутри словно что-то надломилось. Подавшись, я снова прижалась к нему всем телом, обнимая, ища защиту и успокоение. — Я ведь сказал, что помогу, Ками, — его голос странно дрожал. — Что не оставлю одну с этой болью. Я никогда тебя не оставлю. Улыбнувшись, почувствовала, что он поднимает меня на руки. Обняв его сильнее, и вовсе спрятала лицо на его плече. — Прости, что сорвалась. Прости меня, Маэр. — Это ничего. Но ты должна успокоиться, — его шёпот шевелил мои волосы. — Мы летим дальше и будем искать столько, сколько нужно, Ками. Не сомневайся во мне. Никогда не сомневайся! Я никому тебя не отдам и не оставлю. Мне не плевать на тебя. Не говори так больше никогда, слышишь? Я закивала, цепляясь за него. Губы горели от поцелуя. Я не понимала, что сейчас случилось между нами. Было страшно даже думать об этом. Что нашло на него? Зачем ответила на поцелуй я? Плотно сомкнув веки, я лишь сжала крепче руки, боясь выпустить этого мужчину из объятий.