Книга Ведьма и ее любовь, страница 147 – Нина Матвеева

— Я не желал твоей смерти, но ты сама сделала этот выбор…

Сжавшись у стены, Полина прикрыла руками голову в ожидании нового удара, но в этот момент где-то рядом её имя выкрикнул Стефан, и вместо удара она получила лишь ёмкое ругательство.

А затем Полина услышала быстрый удаляющийся топот.

Разум потонул в ворохе бессвязных чувств. Она должна была испытать облегчение, но вместо этого давилась беспомощной злобой.

Она в очередной раз проиграла Виктору! Этот человек снова вышел сухим из воды, а Полина, как побитый зверь, должна была ползти зализывать раны. И даже собственный дар не пришёл ей на помощь! Зачем вообще нужны эти способности, если они не сработали в самый ответственный момент⁈

Полина закричала от бессилия и злости, вцепившись ногтями в собственные предплечья. Ярость вибрировала в ней, и от этого даже боль казалась едва различимой. Полина снова зажмурилась, а когда распахнула глаза, то увидела… движение.

Густая чёрная тень спешно удалялась от неё, подрагивая в такт шагам. Слишком далеко, чтобы достать, но Полина не могла не попробовать. Оттолкнувшись от стены, она вскинула руки; нити устремились вперёд, словно хищные лозы. Они ещё не успели достигнуть своей цели, как тень вдруг резко остановилась и застыла на месте. А потом начала отчаянно вырываться.

Окрылённая неожиданным успехом, Полина сделала несколько неуверенных шагов вперёд. В этот момент громкий автомобильный гудок резанул по слуху, заставив её вздрогнуть всем телом. Раздался глухой тошнотворный хлопок, и тень отшвырнуло в сторону.

Под кожу стремительно пробирался липкий холод. Откуда-то раздавались крики и панические возгласы, но Полина была не в силах отвести взгляд от тени своего врага, что распадалась грязными кусками пепла.

Неужели… это произошло на самом деле? На её глазах?

Вскоре тень окончательно истлела, а Полина продолжала стоятьна месте, шокированная и обессилевшая. Каждая клетка её тела налилась свинцовой, мертвенной тяжестью. Разум же словно отказывался воспринимать действительность.

Из оцепенения её вывел голос Стефана.

— Нам лучше уйти отсюда. — Полина с трудом обернулась и уставилась на чернильного монстра, вокруг которого беспокойно кружили нити энергии. — Нас вообще здесь не было, поняла?

— Стефан, он… умер? Я что, убила его?

— Его убила собственная алчность. Он сам решил поставить всё на кон и… потерпел поражение.

Полина не увидела рядом признаков лжи, но всё равно не поверила этим словам. Сжав в кулаки заледеневшие пальцы, она прошептала в отчаянии:

— Я не знаю куда идти. Ведьмовское зрение… не проходит…

Чернильный монстр схватил её за шкирку и резко развернул на девяносто градусов, отчего Полина едва удержалась на ногах.

«Вперёд».

* * *

Время словно перестало существовать. Возможно, Полина до сих пор пребывала в шоке, или мир теней и дымчатых нитей попросту жил по другим правилам, однако она даже примерно не могла сказать, сколько времени прошло с того момента, как Стефан увёл её с места преступления. Полина снова сидела в зале заседаний, ощущала под собой жёсткое сидение стула и в то же время будто находилась в другом измерении. На иной системе координат.

Ведьмовское зрение не отпускало её. Враг был повержен, угроза миновала, но вокруг Полины по-прежнему царила чернота, разбавляемая очертаниями двигающихся теней и плавающих нитей, а внутри зрел страх.