Книга Ведьма и ее любовь, страница 49 – Нина Матвеева

Тряхнув головой, Полина встретила внимательный взгляд Стефана и произнесла:

— Едем.

Оказавшись в машине Стефана, Полина почти сразу почувствовала, как волнение перед предстоящим обучением начало масляным пятном расползаться внутри. Необъяснимая тревога будто угнездилась где-то под рёбрами, мешая ей спокойно дышать.

— Боишься меня? — услышала Полина, как только они выехали с парковки на оживлённую дорогу. Она хмуро посмотрела на Стефана и качнула головой, но тот не унимался: — От тебя фонит страхом.

— Я не боюсь тебя, — произнесла она раздражённо. — Экзорцисты чувствуют чужие эмоции?

— Нет, конечно. Иначе бы я свихнулся.

Ещё некоторое время Полина молча ожидала хоть какого-то продолжения, но, так и не дождавшись, пробормотала себе под нос:

— Понятно. Спасибо за развёрнутый ответ.

— Экзорцисты видят энергетические поля и умеют на них воздействовать. А страх — это защитный механизм, и он очень сильно отражается на энергетике. Ведьме положено знать об этом.

— А я могу видеть, когда люди врут, — зачем-то сообщила Полина.

Его выпад она решила проигнорировать. Отвернувшись к боковому окну, Полина наблюдала, как опасно кренятся от ветра стволы высаженных вдоль дороги деревьев, и испытывала необъяснимое беспокойство от этой картинки.

— Довольно занятно, если подумать. Похоже, ты тоже различаешь энергетику, но только заряженную конкретными эмоциями.

Полина неопределённо промычала в ответ. Ей самой никогда не приходила на ум такая интерпретация собственных способностей, однако объяснение экзорциста показалось любопытным. Если подумать, то и проклятья тоже в некотором роде являлись заряженной энергетикой. Очень негативно заряженной.

— Почему ты ничего не рассказала Алексу? — Голос Стефана врезался в её мысли слишком неожиданно, и Полина обернулась, скользнув растерянным взглядом по его лицу. — Почему не нажаловалась за тот случай на празднике равноденствия?

Пара секунд ушла на то, чтобы сообразить, о чём идёт речь. Вспомнив отвратительную сцену, что Стефан разыграл перед ней для проверки, Полина непроизвольно сморщилась.

— А смысл? Я не думала, что мы с тобой ещё когда-нибудь пересечёмся… Мне не хотелось создавать конфликт только из-за того, что я кому-то не понравилась.

Теперь уже Стефан издал странное мычание в ответ, а затем на некоторое время погрузился в задумчивое молчание.

— Мне не понравилось то, что Алекс был слишком очевидно в тебя влюблён, — проговорил он после паузы. — А твоё энергетическое поле никак не отзывалось на него. Мне не хотелось, чтобы мой друг оказался в отношениях с женщиной, которая просто позволяет себя любить.

— Экзорцисты и такое могут видеть?

— Не все, — ответил Стефан с оттенком явного самодовольства в голосе. Затормозив на светофоре, он достал из подстаканника яркую банку энергетика и ловко открыл её. — Это довольно тонкие материи.

— Ясно, — пробормотала Полина, наблюдая, как он стремительно опустошает банку. — И что… теперь тебя больше ничего не беспокоит?

Он оторвался от своего напитка и нехотя ответил:

— Теперь всё в порядке.

Дождь и гроза застигли их на дороге спустя всего пару минут, хлынув так резко и сильно, что дворники едва справлялись с потоком воды, который катился по лобовому стеклу. Стефан сначала сбавил скорость, а затем и вовсе остановился на обочине и принялся молча допивать свой энергетик. Полина не мешала ему. Находиться рядом с ним в замкнутом пространстве салона было не слишком комфортно, но их короткого разговора оказалось достаточно, чтобы беспокойство внутри улеглось. Оставалось надеяться, что взаимопонимания, которого они смогли достичь, хватит и для обучения.