Книга Директриса поневоле. Спасти академию, страница 199 – Адриана Вайс, Мария Минц

Но когда вечером приезжает Эдгар и я, заваривая ему чай, просто так, чтобы отвлечься, рассказываю ему об этом, происходит удивительное.

Он замирает с чашкой на полпути ко рту.

Потом медленно ставит её на стол.

А потом на его лице расцветает широкая, почти мальчишеская улыбка, от которой мой собственныйуставший мозг на мгновение оттаивает.

— Анна, ты понимаешь, что ты только что сказала? — его голос звучит приглушённо-восторженно.

— Что студент подарил мёд? — непонимающе пожимаю я плечами.

— Не просто мёд! Черный прибрежный мед! — он вскакивает и начинает мерить шагами кабинет. — Это мед из долины у Пиков Вечного Ветра! Там уникальная экосистема — прибрежные вересковые пустоши, которые регулярно выжигают, и специфические цветы, которые опыляют только местные пчёлы! Этот мед практически не вывозят из того региона, объемы его производства очень скромные. Так что его можно купить только там, на месте, либо с огромной наценкой в соседних регионах. Но, давай быть реалистами, откуда у студента, который жил тут на одну стипендию, деньги на покупку редкого товара? Либо он сам живет в этой долине, либо там живут его родственники. А это существенно сужает поиски.

Он останавливается передо мной, и его глаза горят азартом охотника, наконец нашедшего свежий след.

От его слов у меня перехватывает дыхание.

Он прав. Это не просто зацепка. Это — ключ.

Пусть у нас в руках не точный адрес, но область, где его можно найти, сузилась до сравнительно небольших размеров.

Эдгар берёт мои руки в свои, и в его прикосновении — не только нежность, но и та же стальная решимость, что горит в его глазах.

— Мы близки, Анна. Очень близки. И к разгадке тайны Розвелла, и к нашей победе. Осталось только не сбиться с пути.

Я сжимаю его пальцы в ответ, чувствуя, как усталость отступает перед новой, острой волной надежды.

Гонка вышла на финишную прямую.

И у нас, наконец, появился шанс.

***

Летняя сессия обрушивается на академию, как долгожданная и одновременно страшная гроза.

Воздух наэлектризован до предела.

Снова приезжают наблюдатели из Магического Совета. Не те, что были зимой. Другие. Но точно такие же стервятники в дорогих мантиях.

Они выходят из карет, морща носы, словно учуяли тухлую рыбу, хотя двор выметен до блеска, а клумбы благоухают ночными фиалками.

Мы встречаем их с ледяной вежливостью, наши протоколы безупречны, аудитории сияют, лаборатории готовы.

Весь преподавательский состав ходит по струнке. Камилла бегает с блокнотом, сверяя каждую мелочь по сто раз. Эдгард и Кирсан удвоили патрули, их люди стоят буквальнона каждом углу, сливаясь с тенями.

Мы готовы буквально ко всему. К провокациям, к подлогу, к отравленным чернилам, к внезапному «обнаружению» запрещённых артефактов в аудиториях.

Мы ждём удара от Дракенхейма и Изабеллы.

Ждём каждую секунду.

Однако, первый день экзаменов проходит в гробовой тишине, нарушаемой только скрипом перьев и тихими голосами экзаменаторов.

Никаких сбоев.

Никаких провокаций.

Наши ребята выходят из аудиторий уставшие, но с лёгким огоньком в глазах. Ни одной уловки, ни одной отравленной задачи.

Я сижу в кабинете, слушая отчёты, и не могу избавиться от чувства, что это — затишье перед самой страшной бурей.

Второй день — та же картина. Безупречная организация, сосредоточенная работа, тишина. Наблюдатели начинают выглядеть слегка разочарованными — им явно не за что зацепиться.