Книга Истинная для ректора, страница 17 – Лина Деева

Впрочем, Адриан её проигнорировал.

—…так стоит ли удивляться, — продолжил он, — что мой выбор пал на Камиллу? Она умна, с ней можно поговорить на любую тему, а её уровень вот-вот сменится с зелёного на синий. Синий, Эльза! До которого тебе, с твоими данными, вряд ли когда-нибудь добраться. А я планирую получить сталь, с которой твоё золото не сочетается вообще никак.

Я слушала Адриана, и с каждым его словом мне казалось, что это сон. Или что того, кому я искренне хотела стать идеальной женой, вдруг подменили на злобного близнеца.

Как можно было настолько в нём ошибаться?

— Я бы крайне рекомендовал прекратить этот разговор.

Мы с Адрианом одновременно вздрогнули и повернулись к неслышно приблизившемуся Стронгхолду.

— Подобные высказывания нарушают Устав академии, декларирующий равенство всех студентов и, в том числе, запрещающий оскорбительно отзываться о чужом уровне. — От ректора буквально исходили волны гнева, холодного, как металл клинка. — И того, что ты наговорил, Смоллет,уже хватит на отдачу от духа академии.

Адриан стал ещё бледнее, однако нашёл в себе смелость приподнять подбородок и ответить:

— Я лишь высказал правду. И готов ответить за неё.

— Непременно, — чугунной гирей уронил Стронгхолд. — А теперь можешь быть свободен. Не думаю, что у тебя осталось несказанным важное для Прескотт.

На щеках Адриана вздулись желваки — он явно не выплеснул яд до конца. Тем не менее ослушаться не посмел. Отрывисто кивнул Стронгхолду, развернулся на каблуках и с прямой спиной зашагал по коридору прочь.

Глава 13

Ричард Стронгхолд не понимал, что с ним происходило. Неужели он за свою жизнь встречал мало самовлюблённых болванов? Слепых как кроты и закостеневших…

Так, стоп. Хватит заводиться. Тем более что перед ним стояла донельзя бледная и тетивой натянутая Эльза.

(«Эльза?»)

Ричард сдержал желание прочистить горло и со всем авторитетом сказал Прескотт (вот, так-то лучше!):

— Надеюсь, ты не приняла слова этого… — «индюка», — Смоллета всерьёз?

— Нет, — тихо отозвалась Прескотт, и руки её дрогнули, словно она подавила порыв обхватить себя за плечи. — Я просто не понимаю, откуда в нём столько? Хотя, — она попыталась усмехнуться, но вышло откровенно криво, — он сказал примерно то же, что мы говорили Отцу Дракону.

Ричарда немедленно кольнула вина: да, что-то в его фразах было созвучно высказываниям молодого нагле… Кхм. Молодого Смоллета.

— Я не считаю, что за твоей внешностью кроется пустота, — сдержанно повторил он несправедливое высказывание. — И никто в академии в здравом уме не может так считать. Все же видят, как ты учишься и какие успехи делаешь.

— Да какие там успехи, — начала Прескотт, однако, недоговорив, махнула рукой.

— Поразительные успехи, — твёрдо возразил Ричард. — Говорю тебе, как ректор академии Драмион. Потому не бери к сердцу слова этого… — «клоуна», — Смоллета. Я вообще не понимаю, кем нужно быть, чтобы говорить подобное своей невесте.

— Уже нет. — Прескотт не без натянутости изобразила улыбку и показала Ричарду коричневый конверт. — Я как раз собиралась отправить родителям письмо о разрыве помолвки с Адрианом.

Ричард почувствовал, как у него приподнимаются брови. И Прескотт, понимая, как странно это звучит, поспешила уточнить:

— Разве дух академии вам не рассказал?