Книга Рассказы 8. В поисках истины, страница 32 – Антон Седнин, Андрей Волковский, Артём Кельманов, и др.

Способность Тамары думать на два шага вперед всегда потрясала Сашу.

– Погоди, а что тогда будет с самой компанией «Джабба»?

– Дошло наконец? – Тамара плеснула в стакан еще скотча. – Нас с тобой сотрут в порошок.

После этого разговора Саша в спешке заменил руку за счет компании и уволился. Тамару же связывал рабочий контракт, и она проработала в «Джаббе» еще полгода. Когда «Дисней» вышел на фармакологический рынок, то выставил молодую руководительницу козлом отпущения. На «Джаббу» посыпались обвинения в злоупотреблении современными технологиями.

Профессиональную репутацию Тамаре помогли сохранить только устраиваемые ею диджитал-детокс вечеринки.

Сидя осенью 2032-го посреди одинокой гостиной, Саша думал: неужели Тамара с самого начала спланировала эти детокс-вечеринки? А тот их новогодний секс? А ту встречу в Киеве? Внезапно он почувствовал себя стремянкой, по которой взбирались десяток лет, а потом отбросили в сторону за ненадобностью. Саша погладил недавно вернувшуюся с апдейта Элис-08, и оба испытали чувства, которых до этого не ощущали никогда в жизни.

Чтобы успокоиться, Саша поцарапал свою новую руку-протез.

Было больно. И приятно.

2040-й год

Как-то раз летом 2040-го Леля стоял посреди отцовской гостиной и тихо занимался тем, чем когда-то годами занимались роботы «Джаббы».

Уже три месяца, как подросток переехал к папе после смерти матери, но все прелести пубертата отец осознал только сегодня. Саша разглядывал сына из-за двери и чувствовал себя каким-то вуайеристом: мальчишка закатил зрачки и сжимал вытянутыми руками почему-то слипающийся с пальцами экран смартфона. Каким-то образом Леля доставлял себе удовольствие без малейших прикосновений к телу. Даже когда Саша помахал перед Лелей рукой, подросток продолжил трястись, походя на пожарного, уснувшего со включенным брандспойтом.

– Честное слово, я подумал, у него эпилептический припадок, – сокрушался на следующий день Саша навестившей его Саре. Во время описания рукоблудных похождений Болонкина-младшего миссис Кацман смеялась так сильно, что чуть не проглотила сигарету.

– А ты чего хотел, приятель? Это сейчас модно среди мальчишек. Покупают себе лишний профиль, транслируют в мозг нейростимуляцию сразу с двух аккаунтов для усиления эффекта, а потом еще и режут себя, чтобы в последний момент боты перегнали болевые сигналы в сексуальные. Говорят, по ощущениям выходит почти как топовый женский оргазм.

– И тебе не кажется это чем-то чересчур? – спросил Саша. Как и десять лет назад, между миссис Кацман и русским инженером резвилась Элис-08. Только теперь вместо полуразобранной жестянки на кофейном столике дурачился высокотехнологичный комок шерсти. Математичка ощупывала сенсорными ворсинками уроненный мимо пепельницы столбец пепла и недовольно урчала.

– Да брось, Алекс. – Старая еврейка веселилась так, что смех не помещался в ее морщинах. – Вот ты знал, что 400 лет назад юных европейских монашков стерилизовали и превращали в певцов-кастратов? И, между прочим, очень популярные были певцы. У каждого поколения свои причуды. Не нам, старикам, судить молодежь.

– Но он делал это без рук. Серьезно?

– Алекс. Последние 10 лет ты работал в самых передовых IT-компаниях мира. Ну как ты вообще думаешь, серьезно или нет? Вон ты сам-то как теперь этим занимаешься после пересадки половины кожи?