Книга Рассказы 12. Разлетаясь в пыль, страница 51 – Олег Савощик, Екатерина Годвер, Евгения Кинер, и др.

Совсем без душа было «не принято», так что перед тем, как облачиться в казенную пижаму, Костан обтерся влажным полотенцем.

Страху больше не оставалось места – даже от самых простых движений боль была такая, что предстоящий укол казался избавлением. В кресло Костан сел с улыбкой облегчения, подставив руки под фиксаторы.

– Спасибо, док, – сказал он. – Вы были правы.

– В чем же? – удивился Кимбли.

– Я пришел к своему ответу. А ваш мне стал до лампочки.

– Рад за вас, – серьезно ответил Кимбли. – Самурай-сан.

Он отступил в сторону, давая техникам продолжать подготовку. Смертельный укол делал робот, но сначала все надо было настроить под рост и вес «пациента».

Со своего кресла Костан видел лишь часть электронного табло, и вот наконец цифры «59» сменились двумя нулями.

Он ничего не почувствовал, когда один из техников вдруг отшатнулся, схватившись за голову. Через мгновение мужчина вернулся к работе, но руки у него дрожали. Второй медбрат-техник побледнел.

– Доктор Кимбли, что-то не так… Мне не по себе, – жалобно пробормотал он.

– Я объясню вам, что не так, – сказал Кимбли. – Уже десять часов, а пациент все еще мучается, поторопитесь!

– Но протокол…

– Живее! – рявкнул Кимбли. – Запускайте эту штуку.

«Сработало, – подумал Костан, когда первая игла вонзилась в руку. – Все-таки сработало!»

Сознание стремительно угасало. Он еще почувствовал вторую инъекцию – за миг до того, как какие-то люди с криками вбежали в зал, видел лицо Кимбли, как будто смятое улыбкой. Он улыбнулся в ответ и закрыл глаза.

Кто-то звал его, тащил с кресла, выкручивая руки, бил по лицу и требовал реанимации – но было уже поздно.

⁂

Саид толкнул незапертую дверь и вошел в квартиру. Джулия посмотрела на него и снова уставилась в окно.

– Раз ты узнаешь меня, – сказал он, – то план сработал.

В легком бежевом костюме с галстуком в тон – вместо шоферской фуражки и ливреи – он казался бизнесменом средней руки, хотя в действительности сбережения его были гораздо более внушительны. Не многие могли позволить себе купить и содержать личное ретро-авто. Джулия в линялом домашнем халате на голое тело выглядела старше своих лет, больной и разбитой. Она не плакала – слезы закончились вместе с действием «Эйч-Си» – но лицо ее стало будто восковым.

– Если хочешь знать, он звонил мне, – Саид сел на табурет, взял оставленные Костаном сигареты и щелкнул зажигалкой, закуривая. – Чтобы сказать, что все понял: про то, что его заразили наши, что ты использовала «Эйч-Си», чтобы стереть себе память… Повторил, что любит тебя и что действует в здравом уме и по доброй воле. И чтобы ты себя не винила, потому как у тебя не было выбора.

– Мне предоставили выбор: сыграть в эту игру или дать ему умереть просто так, – тихо сказала Джулия, все так же глядя в окно. – Выбор без выбора.

– Мне никогда не нравились такие самоуверенные крутые парни, – Саид глубоко затянулся сигаретой. – Особенно когда из-за них плачут красивые женщины. Но надо отдать ему должное: он был смел, как лев, и силен, как буйвол, раз на своих ногах взошел на эшафот со вспоротым животом.

– Прекрати тут курить, – сказала Джулия. – Ты – не он, и я не переношу дым.

– Я бы мог сказать, что наши соратники и Бек принесли его в жертву по соображениям целесообразности. – Саид сделал вид, что не слышал замечания. – Потому что они – продукт нашего беспамятного общества, общества «Эйч-Си»… Возможно, такие слова утешили бы тебя, но это была бы ложь. Во все времена одни приносили в жертву других. Просто лейтенант Кроу слишком близко подобрался к Беку, оказался не в то время и не в том месте. И все, что мы теперь можем сделать для твоего друга, Джулия – это помнить его и хранить благодарность.