Книга Рассказы 17. Запечатанный мир, страница 3 – Олег Савощик, Ольга Кузьмина, Ольга Рэд, и др.

– Снова пружина слетела, – проворчал Иту. Он встал, снял часы со стены и понес в другую комнату. Тали пошел за ним.

– Как теперь узнать, сколько времени? – спросил он.

– А вот сейчас и увидишь, – сказал Иту.

Они оказались в спальне. Под маленьким, как на кухне, окном, стояла узкая кровать, застеленная грубым шерстяным одеялом, а рядом с ней разместился небольшой стол. По стенам пристроились два шкафа: один без дверей, с книгами, другой был закрыт на врезной замок. Иту положил часы на столик у кровати и снял с одной из полок книжного шкафа деревянную коробочку. Внутри оказались другие часы, похожие на те, что мужчины носят в карманах жилетов – круглые и тяжелые. Но эти часы не лежали на бархатной подкладке, а висели на тонких штырях внутри медного кольца.

– Что это? – спросил Тали.

– Это хронометр. Корабельные часы.

– Можно посмотреть?

Иту поставил коробочку на стол и отошел в сторону. Тали склонился над хронометром, прислушался к негромкому размеренному ходу, осторожно наклонил – часы вышли за пределы кольца и остались параллельны столу.

– Зачем их такими сделали?

– Чтобы морская качка не сбивала ход, – ответил Иту.

– Корабельные часы… Значит, вы раньше были моряком?

– Да, был.

– И они всегда показывают верное время? Их не надо заводить?

– Нет, заводить их надо. Раз в два дня. Нельзя, чтобы они переставали идти. Но время они показывают точно, как в Королевской Обсерватории.

Тали с уважением поглядел на механизм в деревянном сундучке и отошел от стола. Иту снял заднюю стенку с кухонных часов, подкрутил несколько винтов – по комнате разнеслось дребезжащее тиканье. Стрелки задвигались и встали на половине восьмого. Тали ойкнул:

– Вы извините, мне бежать нужно! Можно я к вам во вторник приду?

– Приходи, конечно, – ответил Иту.

Старик проводил мальчика до ворот котельной и смотрел, как тот бегом пустился вниз по холму, к городу. Там уже зажглись тусклые уличные фонари. Воздух стал холодным и чистым, как родниковая вода. Иту закашлялся, плотнее закутался в куртку и посмотрел наверх, в вечернее небо. Три Сестры – яркие бело-голубые звезды – огоньками проступили над вершинами Ледяных Гор. Через пару недель над снежными шапками появятся золотисто-зеленые ленты тумана – тогда начнется зима.

Вернувшись в котельную, Иту первым делом зажег повсюду свет. По памяти нащупав в темноте рычаг, он рывком потянул его вверх. Два десятка ламп ярко вспыхнули и погасли, затем снова начали разгораться с тихим, мягким дребезжанием. Иту взглянул на приборы – все стрелки были на своих местах, только та, что отвечала за напряжение в сети, немного скакала. Видно, ветряки барахлят – осенью ветры часто приходят оттуда, откуда не ждешь.

Иту начал вечерний обход. В гулкой тишине котельной капель из протекающей трубы или дребезжание прохудившегося котла сразу давали о себе знать. Но сегодня Иту не услышал ничего необычного. Закончив осмотр на первом этаже, он поднялся на второй.

Там он мельком заглянул в пару служебных помещений и задержался возле комнаты, которая находилась прямо над котлом. Он снял с шеи потертую веревку с ключом, открыл тяжелую, побитую ржавчиной дверь и вошел внутрь. Здесь, посреди труб и изогнутых линз, покоилось сердце котельной. Конечно, это было не настоящее сердце. Это был камень, идис, он лежал за твердым прозрачным стеклом и равномерно светился, изредка по нему пробегали яркие оранжевые сполохи. Про себя Иту всегда называл камень сердцем. Именно идис, а не уголь или электричество, нагревал воду в котле под действием света.