Онлайн книга «Рассказы 25. Гипотеза мироздания»
|
Охотник помогал ей, разбрасывая по тропинке чеснок. «Хотя что ему чеснок? – приговаривал он. – Как мертвому припарка». – Ты можешь заставить тропинку вывести нас к шоссе? – Куда? – переспросила Ирка. Охотник повторил. В его глазах пряталась жизнь, отражались яркими искорками весенние лучи солнца. Ирка могла бы помочь матери и Капе, могла бы добыть им еды – и тогда эти искорки потухли бы навсегда. – У меня там машина. Если вырвемся, оно не догонит. Оно не может отходить далеко от гнезда. – Машина? – тупо переспросила Ирка. Она отступила на шаг. Нет, она не хочет уезжать! Это значит оставить лес, оставить родственников, все знакомое и ставшее давно привычным. Охотник посмотрел на нее, как на ненормальную. – Я не понял. Ты хочешь жить? Или хочешь, чтобы онотебя настигло? Ирка закусила губу. А ведь он прав! Тухлый, противный вкус собственной крови отрезвил ее. Моментально представились и тройные челюсти, и бездонный рот Одноглазого – прямо в брюхе. А уж это-то брюхо способно переварить кого угодно! Охотник нахмурился, отогнул рукав, посмотрел на часы. – Нам надо к шоссе. У нас очень мало времени. Ирка покорно склонилась над узкой, наверное звериной, тропкой. Та почему-то плохо слушалась, брыкалась так, что постоянно выпадала из пальцев. Наконец ее удалось принудить развернуться в сторону дороги. – Скорее! – приказал Охотник. – Не отставай! Они снова побежали. Путь оказался неожиданно длинным. Сначала тропинка отправила их к ручью, который вытекал из пруда, – пришлось спуститься в овраг. Там было грязно. Ирка промокла и извозилась, как хрюшка, окрапивилась и прокляла жирных, надоедливых комаров. А когда они все-таки выбрались из оврага, ожидая уже скорой победы, – вот же пруд, значит, дальше шоссе! – перед ними снова непроходимой стеной встала густая лесная чаща. – Что-то тут не так, – нахмурился Охотник. Он выглядел вымотанным, выжатым, как лимон. На лбу его блестели крупные капли пота. Ирка заметила, что он то и дело посматривает на часы. – Ага, – согласилась она. – Тропинка вела нас прямо к дороге, а теперь… Охотник нахмурился, кивнул в лесной сумрак: – А привела к нему. Ирка посмотрела в лес, и в груди у нее все оборвалось. Тьма впереди, опутанная ветвями, укрытая листьями, лениво шевельнулась. Одноглазый! До ее слуха донеслось глухое ворчание. Охотник услышал его тоже. – Назад! Лихо надвигалось на них, будто грозовая туча, набухало. Ирка подумала, что Сторож сильно разгневан – буквально на глазах он становился все больше. – Он тоже умеет управлять тропинками, – догадался Охотник. – Твоя мать ведь заключила с ним договор, так? Ирка несмело кивнула. Охотник прищурился. На его лицо легла густая, сумрачная тень. – Одним из условий могла быть передача своих природных умений. Теперь ему даже не надо гоняться за нами. Любая тропинка, любая дорожка, весь этот лес, вся эта земля только тем и будут заниматься, что вести нас прямо к нему в лапы. Вы рехнулись, – добавил он, – если дали Лиху такую власть. – Что же нам делать? – дрожа, спросила Ирка. – Нужно к палатке. Давай за мной. Обратно – в темпе! * * * – Ищи! Ирка не сразу сообразила, что искать. Лихо окружало разрушенный дом. Теперь оно разрослось до небывалых размеров, напрягало мускулы, пробовало свою силу. Из чащи, полной треска, шороха и предсмертного ужаса, бежали все, кто только мог; улетали, бросая гнезда, перепуганные лесные птицы. Вот метнулся тусклый на свету Огонек – его трухлявое убежище разлетелось вдребезги, раздавленное гигантской трехпалой лапой. |