Книга Рассказы 33. Окна погаснут, страница 50 – Лев Рамеев, Ян Разливинский, Даша Берег, и др.

Дон, сделав петлю, уходил на юг, в сторону охраняемых земель.

Но не успели они миновать первый участок, как улица позади наполнилась гулом машин. Рокот быстро затих: не оставалось сомнений, что их уже нашли. Почему так быстро?

А если это сам ученый? Если соблазнился на большие деньги?.. Конечно, он был все время на виду, но что мешало сообщить заранее? Иуда позарился на тридцать сребреников – а сколько пообещали этому, новоявленному? «Мы с вами последнее поколение…» Или не он?

Пуля просвистела – высоко и в стороне – но все равно в правильном направлении. Преследователи начинали «морской бой», стреляя пока наугад. Почему их нашли так быстро?..

За деревьями мелькнуло какое-то большое строение. Павел повернул туда. Через несколько минут они вынырнули из зарослей на широкую залитую солнечным светом поляну к дверям двухэтажного длинного здания. На сколотой табличке у входа можно было прочесть: «…няя школа №…». Ну что, подумал Павел, тридцать – не триста. На каждого всего-то по семь душ. Или даже меньше: нападающие никогда не дерутся до последнего – в этом нет никакого смысла, мертвым не нужна победа. До последнего сражаются только защитники.

От школы до ближайших деревьев было не меньше тридцати метров, незамеченным не подберешься, это уже хорошо. Грант и Симон заняли позиции в классах по обе стороны от входа, Королев устроился в фойе, Настя контролировала коридор на случай, если враги пойдут в обход. Николая Федоровича не хотелось выпускать из поля зрения, но ставить под пули тоже было нельзя – и Павел приказал ему сесть в маленькой комнатке около гардероба – бог знает, для чего она предназначалась, но мебель там была. А Павел теперь, пригнувшийся за столом напротив широкого окна в бывший двор, мог держать ученого в поле зрения.

Преследователи не заставили себя ждать: на поляну в азарте погони вывалились сразу трое. Щелкнул выстрел справа – и один схватился за плечо. Симон был точнее, его пуля разорвала у второго шею чуть выше бронежилета. Оставшийся невредимым нырнул в высокую траву, отползая в кусты. Симон выстрелил снова и, судя по вскрику, попал. Остальных они уже не увидели, но по зарослям прокатилась волна выстрелов. Зазвенели стекла, запели, влетая в фойе, пули.

За спиной Королева на широкой стене была нарисована карта России – такой, какой она была полтора века назад, – цельная, выкрашенная в триколор. Пули вбивались в стену, кроша карту, отбивая кружки городов, скалывая районы и области. В горячем воздухе поплыли облачка белой пыли. Павел не торопился стрелять, не обозначая свое присутствие. По бокам экономно били бойцы: слева, словно молотом, ударял пулемет Симона, справа постукивал автомат Гранта.

Заметив движение в кустах, открыл огонь и Павел. Сколько у них было времени до того, как «Авангард» пройдет в обход? По этим закоулкам – минут сорок, час. Слишком мало. Вот если бы только продержаться до вечерних гроз…

Выстрелы справа вдруг прекратились.

«Минус один… Надеюсь, ученый брат получил инструкции, что делать, если есть угроза попадания груза не в те руки…»

Павлу показалось, что он услышал из коридора тихий вскрик. Он попятился назад, выглянул – и увидел дуло, нацеленное в грудь. За спиной Гранта распласталась Настя.

Павел вскинул свой автомат, но Грант опередил: очередь вонзилась в тело стаей раскаленных гвоздей, отбросила к стене. Словно со стороны, уже не в силах находиться в пылающем теле, он увидел, как, приподнявшись, Настя стреляет в спину Гранта.