Онлайн книга «Рассказы 33. Окна погаснут»
|
– Вы ведь никогда не выезжали из города? – спросил Павел. – И что это меняет? – Для вас все это, – Королев махнул рукой на поле, – картинки в новостях. Дают сирену – вы спускаетесь в убежище. Начинают дезинфекцию – закрываете окна. Объявляют газовую волну – надеваете респиратор. И все. Почему? Потому что вы внутри. А мы – снаружи. Настя, сколько тебя кусали змеи? Настя, не отрываясь от экрана, неопределенно покрутила в воздухе растопыренной пятерней. – Она не помнит. Ну хоть реанимация-то сколько раз? – Три, капитан. – Три… У Никсона вся спина сожжена огнеметом. Симон попадал под кислотный дождь. Сотни боевых групп рвутся к нам от экватора – не беженцев, а именно боевиков – и будут дальше рваться из своего пекла. Сахара уже сожрала Египет, Алжир и Марокко, в Эмиратах за пределами бункеров – ничего, кроме песка и нефтяных вышек. А у нас своего дерьма хватает. Даже те, кто когда-то проповедовал мир и согласие, взялись за оружие – потому что иначе будут уничтожены другими. Нацики, «вольные стрелки», просто шайки отребья, «новые амазонки»… А кто не грызет глотку другому, тот просто по-своему тихо сходит с ума. Общины веганов, мясоедов, девственников, хиппи, солнцепоклонников и солнцененавистников, становища панков, городища язычников, лагери проповедников со своей паствой… Война за территорию, война за ресурсы, война с природой… Мы варимся в этом котле ежедневно. И мы не каменные, Николай Федорович, мы просто как врачи – они спасают жизнь, но при этом становятся циниками. Потому что нельзя брать на себя всю боль, что есть. Мы – не для этого. Мы отвезем вас, доставим, куда надо, и вы снова будете жить в своем мире. А мы будем тут… – И долго? – Что долго? – И долго, думаете, мы будем жить? Вы – тут, а я – там? Вы словно не видите, что мир сжимается, вот так. – Наверное, впервые за все время Николай Федорович выпустил ремень контейнера и сжал костистый кулачок. – Мы же проезжали ваши… блокпосты. Брошенные. Мы отступаем, все ближе к городам, ближе, ближе. Мы высыхаем, как лужи на солнце. И внутри тоже высыхаем. Пыль вместо эмоций. Девочка? Строка в списке. Водитель? Труп в мешке. Думаете, я другой? Я такой же – только по-своему… Уже двести-триста лет назад, во времена по нашим меркам райские, люди уверенно шли к тому, что нас окружает сейчас: уничтожали природу, убивали друг друга по любым поводам. Потом стало хуже – но остановило ли это нас? Сплотило? Как же! В нас словно заложили код уничтожения всего вокруг – и самих себя тоже. Сколько поколений у нас впереди? Наше, следующее… А будет ли третье? Может, только в Золотых островах… Может, мы тогда высохнем? – Кулак разжался, словно выпуская облачко пыли. – Фу-у-ух! Я понимаю, вы представитель власти, защитник порядка. Я тоже… на службе у власти… Но вот пусть это будет кухня, – он повел рукой вокруг, – и мы с вами сидим на ней, говорим не как официальные люди, а как мужчины. И я вам говорю: сейчас единственное, что сдерживает нас от вымирания, – это власть. Она еще есть, она держит области и края, и благодаря этому все функционирует. Но края расходятся, районы расползаются, их все сложнее контролировать, сложнее брать, сложнее давать. Возьмите нас: нам надо танковую колонну в сопровождение, прямой коридор до Белгорода, а нам дают две машины. Вы поминали Африку… Там, по сути, не осталось государств, все расползлось на какие-то союзы и племена. То же в Центральной Америке. Вместе с климатическими изменениями от экватора расходится хаос – все дальше, – и ничто от этого не спасает… |