Книга В пасти «тигра», страница 45 – Александр Тамоников

– Не убивайте меня… Не стреляйте…

Но его все-таки убили, воткнув нож прямо в сердце. Ну что с ним было делать, куда девать? Глеб быстро переоделся в его одежду и, передав свою Деревянко, приказал:

– Идите обратно к посадкам. Пройдете немного в обратную сторону и ждите меня неподалеку от дороги.

Старший лейтенант кивнул и сразу поспешил выполнить приказ. Ему не надо было объяснять замысел Шубина. Он и сам несколько раз прибегал к такому же приему, когда, переодевшись в немецкую форму, захватывал армейскую или штабную машину вместе с ценными документами или с языком.

Выждав несколько минут, чтобы дать возможность Деревянко с разведчиком отойти подальше от опасного места, Шубин вышел из кустов и, надвинув каску так, чтобы не видно было его лица, направился к штабному автомобилю, возле которого его дожидался шофер. Едва Глеб подошел к нему, как тот со смехом повернулся к нему и произнес:

– Что, Дитрих, не на пользу пошли тебе консервированные бобы?

Смех оборвался, когда фриц понял, что перед ним вовсе не Дитрих, а какой-то незнакомый немецкий солдат. Удивленно оглядевшись, но пока что еще ничего не подозревая, шофер спросил:

– А ты кто такой? Я тебя в первый раз вижу. Из какой ты части?

Глеб, подойдя к нему вплотную и делая вид (на тот случай, если за ними вдруг кто-то наблюдает со стороны), что что-то хочет сказать ему на ухо, прижал к его груди нож и сказал по– немецки:

– Прокатимся, красавчик. Только тихо, если не хочешь, чтобы я тебе все твои внутренности на землю выпустил.

Шубин скользнул рукой по бедру немца и быстрым ловким движением расстегнул кобуру и вынул пистолет. Сняв пистолет с предохранителя, он приставил оружие к боку фрица и чуть надавил, давая понять, что не шутит.

– Садись в машину и заводи.

Шофер, выпучив глаза, но не смея возражать или предпринять хоть что-то, чтобы защитить себя, сел на водительское сиденье и завел двигатель. Глеб быстро осмотрелся по сторонам и, видя, что никто на них не обращает внимания, сел позади шофера и переместил пистолет к спине немца.

– Поехали. Только спокойно, – приказал он, наклоняясь к самому уху фрица. – Сдай назад и развернись. Выезжай на дорогу и, пока я не скажу, где свернуть, двигайся по ней.

– Но там пропускной пункт. Мы не сможем проехать через него, – проговорил шофер.

– Ничего, ты ведь, я так понимаю, имеешь при себе пропуск и можешь провезти нас за шлагбаум. Не так ли? Не оглядывайся. – Дуло пистолета еще сильнее надавило на спину фашиста, который хотел оглянуться, чтобы что-то объяснить Шубину. – Смотри вперед и делай вид, что все идет, как и должно идти. И пока едем, придумай, что ты будешь говорить на выезде постовым. Это спасет тебе жизнь, – напомнил он. – В плену не так плохо, как ты думаешь. Есть шанс вернуться после войны к жене и деткам. Ведь у тебя есть фрау?

– Да-да, есть. И трое детей, – быстро закивал в ответ немец и, поелозив задом на сиденье, крепче вцепился в руль.

На пропускном пункте их ожидаемо остановили, и какой-то фельдфебель, который оказался весьма разговорчивым и любопытным, поинтересовался:

– Хельмут, куда это ты направляешься? Нам приказано никого не выпускать за пределы зоны. Кому, как не тебе, знать об этом? Где твой начальник, лейтенант Шмутц?

– Я как раз за ним и направляюсь, – ответил шофер. – Мне приказано забрать лейтенанта из Буско-Здруй. Я отвозил его туда сегодня утром по штабным делам. Это было не в твою смену, Эрнст.