Книга Физрук: на своей волне 8, страница 131 – Валерий Гуров

Кирилл слушал, не моргая.

— Запомни, у тебя будет только одна попытка. Если выбросишь удар раньше времени, то не попадёшь, а он перестроится и больше такой ошибки не допустит.

Кирилл глубоко вдохнул.

— Понял, Владимир Петрович.

Рефери подал знак, что перерыв заканчивается. Я слез с ринга и бросил напоследок:

— Давай, парень. Я в тебя верю.

Начался второй раунд. Соперник вышел уже гораздо увереннее. Теперь он уже чувствовал преимущество и не сомневался, что контролирует бой.

Он по-прежнему работал осторожно, не бросаясь в открытые атаки, и это было хуже всего для Кирилла. Такой бокс не даёт шансов на случайность…

Я смотрел на происходящее несколько секунд, после чего понял, что пора добавить ещё один элемент. Я тотчас подошёл к нашим ребятам.

— Молодёжь, помощь нужна. Начните гнать вперёд соперника. Кричите его имя, поддерживайте его.

Генка удивлённо уставился на меня.

— Так мы же за Кирилла болеем, Владимир Петрович.

— Вот поэтому и нужно кричать за его соперника, если хотите Кириллу помочь.

Пацаны сначала не поняли, но уже через секунду, всё-таки доверившись мне, начали кричать.

— Даёшь нокаут! Даёшь нокаут!

Шум бил по сопернику Кирилла сильнее любого удара, и я видел, как тот не выдержал давления. Он был технарём, чистым, аккуратным, откровенно защитного плана. Такие бойцы не любят идти вперёд. Их хлеб — дистанция, терпение и холодная голова. Когда же их толкают вперёд толпой, они начинают ошибаться.

Поддавшись давлению зала, пацан пошёл вперёд. Медленно, осторожно, но он всё-таки начал рисковать.

Кирилл снова оказался прижат к углу. Уже который раз за бой. Соперник методично запирал его и взрывался комбинациями.

— Нокаут! Нокаут! — кричали пацаны.

И вот тогда случилась та самая мелочь, ради которой всё это затевалось. Соперник сделал шаг ближе, чуть расслабился, потому что чувствовал контроль. Он опустил левую руку на долю секунды ниже подбородка и одновременно приподнял голову, перестав держать шею напряжённой. Это была микроскопическая ошибка. Но та самая, из-за которой люди потом лежатна полу и смотрят в потолок.

Я даже не крикнул. Просто успел, потому что не понадобилось.

Кирилл в следующий миг сделал ровно то, о чём мы говорили на перерыве в углу. Он отпружинил от угла так, будто там стояла пружина, и выстрелил свингом.

БАМ!

Свинг прилетел точнехонько в подбородок, найдя дыру в защите этого технаря.

Соперник рухнул на пол… Рефери, сам несколько опешив, начал отсчёт.

— Раз… два…

Парень на полу лежал, даже не пытаясь вскочить, чтобы показать характер. Он ждал, пока голова перестанет вращаться вокруг своей оси.

Но я уже видел, что всё: соперник больше не встанет.

— Восемь… девять… десять!

Рефери поднял руки и замахал ими, останавливая бой. Кирилл победно вскинул руку, и остальные пацаны взорвались так, будто Кирюха выиграл чемпионат мира.

Дальше всё произошло лавиной. Едва рефери махнул руками, как ринг захлестнула толпа. Биба, Боба, Борзый, половина нашей банды — все полезли через канаты, будто их туда магнитом тянуло.

Кирилла подхватили на руки и начали подбрасывать в воздух, и пацан смеялся так, словно не верил, что всё это происходит с ним на самом деле.

Я оказался рядом с Мариной, Глобусом и Соней, и мы просто стояли, глядя на этот хаос на ринге.

— Он сделал это, — Соня радостно захлопала в ладони.