Книга Физрук: на своей волне 8, страница 135 – Валерий Гуров

— Вопрос можно закрыть миром, — он невозмутимо достал графин с янтарной жидкостью и плеснул ещё в стакан. — Мне нужна эта школа. Будет ремонт, реконструкция… на неё большие планы. Город только выиграет от таких манипуляций.

Аля спрятал графин в шкафчик.

— Вы человек разумный, Владимир Петрович. Я готов заплатить, хорошо заплатить — семизначную сумму…

Я отметил, как он украдкой косится на меня, проверяя реакцию. Сумму Аля назвал действительно большую. Очень большую. Такими цифрами обычно не оперируют в разговорах с учителями физкультуры.

— Сколько сейчас стоит хорошая квартира в нашем городе? Пять, шесть миллионов? — Аля пожал плечами.

— У меня есть квартира, — ответил я.

Аля даже не сразу понял, что я ответил.

— Не спешите, — Крещёный медленно покачал головой. — Я предлагаю вам выйти из этой истории красиво. Деньги, спокойная жизнь, никаких проблем.

— Нет, — повторил я.

Аля медленно поставил стакан на стол и посмотрел на меня изумленно, будто впервые увидел.

Я отказался по двум причинам. Первая была простой: это не входило в мои планы. Вторая — ещё проще: я слишком хорошо знал таких людей. Его слова о мире звучали красиво, но миром здесь не пахло. Из таких кабинетов люди редко выходят свободными, если не соглашаются. А в случае с Алей… после таких разговоров в принципе никто и никуда бы не вышел уже по определению.

— Вы уверены, что понимаете ситуацию? — сухо спросил Аля.

— Абсолютно, — заверил я.

Аля невозмутимо пожал плечами, откинулся в кресло и повернул голову к Леониду.

— Ну что, Лёня. Может, ты объяснишь своему другу, что он занимается глупостями? Скажи ему, как правильно поступить.

Леонидне поднял глаз. Он сидел, сцепив пальцы и покачиваясь взад-вперёд. Лёня ничего не ответил Крещёному.

Я смотрел на директора и понимал, почему он молчит. Лёня прекрасно понимал, что повлиять на меня невозможно. Он мог просить, убеждать, угрожать, но результат был бы тем же.

Аля понял это тоже. Он вздохнул и снова перевёл взгляд на меня.

— Я вот смотрю на тебя и не понимаю. Упёртый ты человек. Скажи честно, на кой чёрт тебе всё это нужно?

Я поднял глаза и впервые прямо посмотрел на него. Несколько секунд мы просто молчали.

— Я отвечу, — пояснил я. — Но без лишних ушей.

Аля усмехнулся, уголок рта едва заметно дёрнулся.

— Смело…

Он сделал короткий жест рукой. Охрана у двери поняла приказ без слов и тотчас вышла из кабинета. Понятно, что Аля сделал это отнюдь не потому, что я попросил. Такие люди никогда не делают что-то по просьбе. Просто сам Крещёный хотел остаться без свидетелей. Всё-таки разговор, который сейчас начнётся, был не предназначен для посторонних.

Аля несколько секунд молчал, а потом поднялся и подошёл к шкафу за своей спиной. Открыл дверцы демонстративно, настолько, что жест выглядел почти театральным. Я уже понимал, что сейчас произойдёт, но всё равно внимательно следил за каждым движением Крещёного.

Он достал из шкафа пистолет, положил его на ладонь и посмотрел на оружие. Потом Аля перевёл взгляд на меня. Запугивание — это тоже искусство, и Аля владел им в совершенстве.

Крещёный повернулся к директору и коротким кивком подозвал к себе:

— Иди сюда, Лень.

Леонид поднялся, побрёл к нему, смотря в пол. Аля точно вложил пистолет Лёне в руку.

— Держи, — Крещёный подмигнул директору. — Наведи пистолет себе на лоб.